В доме царила спокойная тишина, нарушаемая лишь мягким потрескиванием поленьев в камине. Мы с Рагнардом вошли в дом, и тепло, наполненное запахом горящей древесины, словно живым покрывалом окутало нас, смыв пронизывающий холод, накопившийся за долгие часы, проведённые на ветру. Я сняла меховую накидку и на мгновение замерла, прислушиваясь к приглушённым голосам, доносившимся из крыла прислуги. Похоже, Хельмар уже прибыл и осматривает Грету.
С первого взгляда мне показалось, что физически с девушкой всё было относительно в порядке — ей требовался только отдых. Однако тревога не отпускала меня. Что с ней произошло на самом деле? Почему она выглядела такой истощённой?
Внезапно мои размышления прервал спокойный, но твёрдый голос Рагнарда, возвращая меня в реальность.
— Я ухожу, — отрезал он, не оборачиваясь, когда уже стоял на пороге. Его пальцы крепче сжали дверную ручку, и холодный воздух вновь готов был встретить его. Моё раздражение нарастало, как волна, захлёстывая здравый смысл. Мы только что вернулись, и теперь он снова уйдёт. — Пока меня не будет, не выходи никуда одна.
— Куда ты? — мой голос прозвучал ровно, но внутри что-то сжалось от разочарования.
— Мне нужно встретиться со старейшинами и обсудить важные вопросы. Потом загляну к Вальгарду — узнать, как обстоят дела с Отриггом, — его взгляд задержался на моём лице, словно изучая. — И приведу Иду.
Я нервно сжала губы. Ида… как я могла забыть? Она будет жить здесь, под одной крышей с нами. Мысли о её предательстве снова вспыхнули в памяти, как раскалённые угли, и в груди разлилась горечь. Она ведь пыталась меня убить.
Но я лишь молча кивнула, глядя в сторону.
— Что слышно про мальчика? — спросила я тихо, чувствуя, как совесть вновь начинает грызть изнутри. — Как думаешь, он скоро очнётся? Уже несколько дней прошло…
— Вальгард делает всё возможное, — ответил Рагнард после короткой паузы.
— Надеюсь, он очнётся скоро, — еле выдавила я, чувствуя, как беспокойство снова охватывает меня. Мальчик пострадал из-за меня. Вальгард пытается разорвать связь, но, видимо, та сила, что держит его, оказалась сильнее, чем я могла представить. Ждать становилось всё труднее, и каждое мгновение казалось вечностью.
Рагнард продолжал стоять у двери, не двигаясь, словно выжидал чего-то.
Внезапно его шаги эхом разнеслись по залу. Он уверенно подошёл ближе, и прежде чем я успела что-либо понять, его рука оказалась на моём затылке, сжав волосы у самого основания. Я вздрогнула, ощутив тепло его прикосновения, и подняла на него удивлённые глаза.
Его лицо было слишком близко, а взгляд — слишком проницателен, словно он читал меня как открытую книгу.
— Прекрати, — сердце ёкнуло, и я поймала его взгляд, который проникал в меня, как стрелы.
— Что? — спросила я, захлопав глазами, ещё больше сбитая с толку. — О чём ты?
— Притворяться, — его взгляд стал ещё глубже, а хватка на затылке чуть усилилась, заставляя меня вздрогнуть. — У тебя это совсем не получается. Всё написано на твоём лице.
— Я не… — я хотела возразить, но слова застряли в горле.
Его слова выбили меня из равновесия. Никто раньше не видел меня настолько точно, словно сквозь прозрачную завесу. Хотя, по правде говоря, это всегда было очевидно — я никогда не умела прятать свои эмоции. Любое чувство, будь то страх, гнев или тревога, мгновенно отражалось на моём лице, словно в зеркале, обнажая перед ними все мои слабости.
Поняв, что меня поймали, я тихо выдохнула и опустила взгляд, упрямо уставившись на застёжку его плаща. Тепло его руки на затылке пульсировало, напоминая о нашей опасной близости, но я не могла заставить себя заговорить. Это оказалось куда сложнее, чем я могла представить себе. Слова застряли где-то глубоко внутри, словно под тяжёлой броней, которую мне никак не удавалось пробить.
Я ощущала на себе его пристальный взгляд, но ярл молчал, словно давая мне время собраться. И вновь это смятение. Он не давил, не требовал ответа, но всё равно ждал — терпеливо и неотступно.
— Элла, — его голос стал мягким, почти тёплым. Он убрал руку с моего затылка, и его шершавые пальцы осторожно коснулись моей щеки. — Ты должна перестать винить себя за то, в чём не виновата. Ты ведь не могла знать, что так случится.
Я грустно усмехнулась и попыталась отвернуться, но он бережно взял моё лицо в свои ладони, вынуждая меня снова встретиться с его взглядом.
— Сейчас главное — твоё спокойствие и сосредоточенность. Когда Ида войдёт в этот дом, будь начеку. Поняла?
Я не отрывала взгляда от его холодных, безмятежных глаз. Несмотря на их ледяную глубину, внутри меня медленно разливалось тепло. В этом взгляде было что-то непоколебимое, не подвластное ни страху, ни сомнению.
— Я просто… — мой голос предательски дрогнул, и я на мгновение зажмурилась, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Мне невыносимо сидеть сложа руки, когда всё вокруг рушится. Я хочу что-то сделать, начать действовать.