— Значит, все и вправду думают, что я твоя невеста… — неуверенно проговорила я, убирая волосы за уши. Голос прозвучал чуть тише, чем я рассчитывала, выдавая моё смущение. Я не знала, куда спрятать взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается от неловкости.
Веду себя как дура. Как будто мы не терлись друг о друга ещё прошлой ночью. Соберись, возьми себя в руки!
— Я помню, что ты против, но это для твоей же…
— Я не против, — резко перебила я его, не успев обдумать слова.
Мои глаза встретились с его, и я заметила, как он на мгновение растерялся. Но эта заминка длилась всего лишь мгновение — затем он собрался, его взгляд стал пристальным, цепким, а в глубине глаз вспыхнул тот самый огонёк, который всегда заставлял меня трепетать.
Вот зачем я это сказала? Теперь он подумает, что я согласна быть его невестой! А я ведь… я ведь против… наверно.
Но его дальнейшая реакция быстро вернула меня с небес на землю. Теперь Рагнард смотрел на меня с откровенной ухмылкой, в которой сквозила явная удовлетворённость. Его глаза словно говорили: "Попалась." Он явно наслаждался ситуацией, откровенно забавляясь моим смущением.
— Что? — процедила я сквозь зубы.
— Так значит, ты не против, — протянул он, явно смакуя каждое слово.
— С чего ты это взял? — резко отозвалась я, пытаясь отвернуться.
— Ты только что сама об этом сказала.
— Не было такого, — отрезала я, переводя взгляд на дверь, за которой скрылся старик. Ну вот где его носит?
Рагнард тихо рассмеялся. Смешно ему. Дурак.
Внезапно я почувствовала его присутствие слишком близко.
— За враньё я тебе язык откушу, — услышала я его хриплый, низкий шёпот прямо возле уха.
От его слов, от его голоса и близости, внизу живота завязался тугой узел, а сердце забилось так громко, что мне показалось, он мог его услышать. Я испуганно отпрыгнула в сторону, бросив на него ошалелый взгляд.
— Ты… ты с ума сошёл?! — пробормотала я, пытаясь вернуть себе хотя бы каплю уверенности. Но по его лицу было видно, что он прекрасно знал, какое впечатление произвели его слова.
— Ярл, подождите ещё минутку, я-я сейчас, почти всё собрал, — послышался голос старика из-за двери.
Самодовольная улыбка Рагнарда слегка померла, а лицо стало более серьёзным. Посмотрите на него, какой важный, блин бумажный. Мне бы его самоконтроль.
Я глубоко вдохнула, прочистила горло, стараясь подавить остатки смущения, и наконец задала вопрос, который вертелся у меня на языке с момента, как мы сюда вошли.
— Зачем тебе травы?
— Для отваров, — спокойно ответил он, опираясь ладонями об стойку.
— Ты их сам готовишь? — удивлённо спросила я, наклоняясь ближе и тоже облокачиваюсь на прилавок.
— Иногда я теряю слишком много крови в дороге, — спокойно пояснил он. — Купить отвар, который быстро восстановит её, почти невозможно. Это редкое зелье, и ингредиенты для него стоят слишком дорого. Поэтому приходится делать его самому. Так проще.
— А ты полон сюрпризов, — я улыбнулась. — Видела рисунки драккаров на твоём столе. Очень красивые. Что ты ещё умеешь?
— На этом мои таланты заканчиваются, — он усмехнулся краем губ, глядя на меня. — Драккары, которые я строил, уже давно бороздят моря. Что до отваров, их в основном готовит для меня Вальгард. Я берусь за это только в крайнем случае.
— А я всегда мечтала рисовать, — задумчиво произнесла я, переводя взгляд на засушенный цветок вереска, висевший на стене. — С самого детства просила маму отдать меня в художественную школу.
— И что мешало?
Я грустно усмехнулась.
— Мама, — ответила я тихо, снова переводя взгляд на вереск. — Она всегда говорила, что рисование — это красиво, но оно не поможет мне в будущем. Что я должна сосредоточиться на чём-то более практичном, полезном.
Я замолчала, опустив глаза.
— Но ведь рисовать может научиться любой, — задумчиво произнёс Рагнард. — Меня тоже никто не обучал.
— Наверное, — ответила я с лёгким пожатием плеч, стараясь не выдавать разочарование. Натянув улыбку, добавила: — Но я никогда даже не пыталась.
— Почему? — спросил он, чуть наклонив голову. — Если ты мечтала об этом, что тебя останавливало?
— Знаешь, — начала я тихо, выбирая слова, — наверное, потому что я сама начала в это верить. Что это просто глупая детская мечта, которая ничего не изменит. Сколько бы я ни рисовала, это не стало бы важным. А потом появились заботы, работа, учёба… некогда было даже подумать о красках.
Я замолчала, вздохнув, и, чувствуя его пристальный взгляд, добавила:
— Наверное, я боялась, что если попробую, ничего не получится. И тогда это действительно станет доказательством того, что мама была права. А я не хотела с этим мириться. Лучше было просто… не начинать.
Рагнард некоторое время молчал, его взгляд был задумчивым. Затем с серьёзным выражением лица и уверенностью произнёс:
— Когда всё закончится, я найду для тебя учителя.
Я растерянно посмотрела на него, пытаясь понять, всерьёз ли он говорит. Но по его тону и выражению лица было ясно: это не шутка. Он действительно собирался это сделать.