…Я резко распахнула глаза и закашлялась, чувствуя, как горло обжигает неприятное першение. Во рту стоял мерзкий привкус гари, от которого меня передёрнуло. Опять он меня вырубил, чёрт поганый. Ну и зачем это надо было? Я ведь слушалась! Пока.
Я попробовала пошевелиться, но что-то удерживало меня.
Нахмурившись, я осознала, что лежу на холодной земле. Руки и ноги были туго стянуты грубой верёвкой, лишая меня свободы движений. Снег подо мной жёг кожу даже через одежду, а лёгкий, но пронизывающий ветер делал холод ещё невыносимее. Тело затекло и ныло, поэтому, осторожно перевернувшись на бок, я начала осматриваться.
Я лежала посреди просторной поляне, окружённой стеной тёмного леса. Снег лежал нетронутым, без единого следа, а вокруг не было ни звука, ни движения — всё казалось мёртвым и застывшим.
Деревья по краям поляны выглядели жутко: их узловатые, скрюченные ветви напоминали застывшие в воздухе когти. Эта тишина и отсутствие жизни вызывали тревогу. Казалось, что это место избегают даже лесные звери.
Неподалёку стоял Хельмар, его фигура возвышалась рядом с большим валуном. Он что-то нашёптывал, его голос звучал глухо и монотонно. Слова были мне совершенно непонятны, но от этого мне не стало легче.
На валуне я разглядела странные вырезанные знаки, покрытые инеем. Он уже начал ритуал? Чёрт! Нет-нет-нет! Паника захлестнула меня, заставляя сердце бешено колотиться. Я на это не подписывалась! Надо что-то предпринять, и срочно.
Я судорожно начала озираться, надеясь найти что-нибудь, чем можно было бы разрезать верёвки. Острый камень, обломок ветки — что угодно. Главное, чтобы Хельмар не заметил, что я пришла в себя. Но вокруг не было ничего, кроме снега.
Вдруг мой взгляд зацепился за что-то странное. Между тёмных стволов деревьев мелькнул небольшой голубой огонёк. Он дрогнул, словно нерешительно, а потом плавно скользнул вперёд, остановившись недалеко от нас. Я замерла, уставившись на него, не веря своим глазам.
Может, я сошла с ума или это просто игра воображения, но мне казалось, что он смотрит прямо на меня.
В следующую секунду огонёк вспыхнул, став ярче, как пламя очага, разгоняя серую тьму вокруг. Свет заполнил поляну, освещая искрящийся снег и тени деревьев.
И тут огонёк начал вытягиваться, меняя свою форму. Он искрился, переливаясь мягким голубоватым светом. Я застыла, не в силах отвести взгляд, как загипнотизированная этим странным явлением.
Передо мной медленно проявлялся силуэт — высокий и прозрачный. Его очертания дрожали, словно от ветра, но постепенно становились всё чётче, пока не приняли форму человека.
Передо мной оказался молодой парень, на вид лет шестнадцати. Его черты казались размытыми, словно он был соткан из света, но взгляд был пугающе осознанным. Он смотрел прямо на меня, пристально и безэмоционально.
Дух. Это же дух!
Я ощутила вспышку страха, затаив дыхание. Рагнарда рядом нет, никакого оберега тоже. Если он вздумает напасть, что я могу сделать? В голове промелькнуло множество тревожных мыслей, но я старалась не шевелиться, чтобы не привлечь внимания Хельмара. Хотя, может стоит?
Словно прочитав мои мысли, дух медленно поднял руку и приложил палец к губам, ясно давая понять, чтобы я не издавала ни звука. Затем он кивнул в сторону Хельмара, будто пытался что-то объяснить или предупредить.
Я медленно повернула голову, пытаясь найти взглядом Хельмара. Он всё ещё стоял у валуна, его фигура казалась напряжённой, а губы не переставали шевелиться.
Вдруг в моей голове раздался чужой голос, ясный и чёткий:
— Отвлеки его.
Я вздрогнула, испуганно оглядываясь вокруг. Вновь повернула голову туда, где только что стоял дух, но его уже не было. Место, где он сиял, теперь казалось пустым, словно его присутствие было лишь миражом.
Чёрт, это что, он со мной говорил? Или у меня галлюцинации? И если он хочет помочь, тогда почему не помогает? Или он Хельмара боится?
А вообще, разве здешние духи не опасны? Почему он меня не убил?
Я закрыла глаза, пытаясь всё обдумать. У меня не было ни оружия, ни оберегов, вообще ничего. А Хельмар был слишком силён, чтобы с ним бороться. А оставаться на месте — значит позволить ему завершить свой ритуал, который явно мне на пользу не пойдёт.
Интуиция подсказывала, что духа бояться не стоит. Его взгляд, его жесты… Всё в нём кричало о том, что он не враг.
Может, я и схожу с ума, но что, если этот дух действительно пытается помочь? У меня ведь нет другого выхода, как поверить ему.
Вопросов слишком много, а времени мало. Решившись, я сделала глубокий вдох и притворно застонала, издавая мучительные звуки пробуждения.
— А-а-а… что… что происходит? — простонала я громче, стараясь, чтобы голос звучал слабо и растерянно.
Я пошевелилась, делая вид, что пытаюсь встать, но верёвки якобы мешают мне двигаться. На лице нарочно изобразила страдание, добавив ещё один протяжный стон.
Как хорошо, что в детстве я часто ходила в театр с бабушкой. Кто бы мог подумать, что часовые мучения принесут мне когда-нибудь пользу.