Понемногу все успокаивалось. Горожане, уже не горящие желанием резать и крушить, подходили к солдатам, словно забывшим свои страх и ненависть. Спокойно переступали через мертвые тела, как могли помогали раненым. Благодать и благолепие в пропитанной кровью жирной уличной глине.
Совсем как недавно на гарнизонной площади.
О! Опять появилась бочка и вновь на ней оказался Пэдди.
— Земляки! Братья!..
Слушать дальше стало неинтересно.
Линч не спеша выбрался из толпы, в которой каждый первый внимательно слушал оратора. Многие раскрыв рот.
Дошел до «Парящей чайки». Вновь пустующей. Флегматичный трактирщик с равнодушным видом ждал посетителей, протирая полотенцем непонятного цвета и чистоты глиняные тарелки.
— Добрый день, мастер Эддан. Готовьтесь принимать гостей.
— Привет, Эймон. Мы что, победили?
Интересно ему. Хоть бы глаза поднял от посуды.
— Полностью и безусловно. И если я не забыл нравы своих земляков, сегодня нас ждет грандиозная гулянка. С морем пива и горами закуски.
— И кучей поломанной мебели. С такой-то радости без доброй драки народ ни за что не разойдется.
Линч расположился прямо у стойки.
— Хватит ворчать, мастер, а то я подумаю, что вы разучились считать деньги. Сегодня парни будут платить щедро! Но пока не началось веселье, накормите своего постояльца. Надеюсь, эта трапеза закончится лучше, чем предыдущая.
— Надейся, — проворчал Эддан. — Сегодня да, все будут щедры. Но что будет завтра? Поверь старому трактирщику, платить приходится за все. А красные кафтаны долги помнят крепко. Чем еще аукнется сегодняшнее веселье…
«Черт бы тебя побрал, клятый оракул! — Линч лишь скрипнул зубами. — Не мог промолчать со своим пророчеством. Все настроение испортил».
Но это, разумеется, мысленно.
Молча принял миску горячей похлебки и также молча принялся есть.
Умеют же некоторые испортить настроение! Утром был бодр и готов к драке, потом… кстати, а что потом? Хм-м. — Ложка даже на секунду замерла в воздухе. — Потом, вместо того, чтобы, как всегда после хорошей драки, погулять, снять шлюху, на худой конец привычно напиться, сижу в пустой таверне и чинно хлебаю супчик. Старею? В тридцать-то лет.
Впрочем, какой смысл именно сегодня забивать себе голову? Победа, твою мать. Надо радоваться. И будем радоваться. М-да.
— Мастер, стаканчик потира, пожалуйста.
А когда возбужденная толпа победителей дошла-таки до таверны, Линч встал из-за стола и пошел в свою комнату. Вещи, даже деньги на месте? Чудеса. Ну и слава Спасителю, будет чем заплатить за постой. А сейчас — спать. Несмотря на весь тот загул, что уже начинался там, внизу, в главном зале «Парящей чайки».
Моряк привычен спать средь шума волн, гудения натянутого такелажа, гулкого топота матросских ботинок и зычных боцманских команд. Несмотря на весь тот бедлам, что устроили ночью земляки, утром Линч проснулся бодрым и свежим.
И почти сразу в комнату вошел Пэдди. Вот он точно ночью себе ни в чем ни отказывал — помят, космат, багровый синяк под левым глазом и в кровь сбитые костяшки кулаков. Погулял братик. А уж перегар-то, перегар какой!
Но сейчас-то чего приперся?
— Уже проснулся? Отлично. Вперед, труба зовет. Или что там у вас, моряков? — Он уселся напротив и, нимало не смущаясь, запустил пальцы в тарелку с остатками вчерашнего жаркого.
Начинать день с посылания брата в разные трудноисполнимые путешествия не хотелось, пришлось выслушать. Оказывается, пока Линч готовил своих артиллеристов ко вчерашнему бою, самоназначенные командиры разработали целый план по освобождению Гибернии от захватчиков. Таких вот стратегов взрастила захолустная Дрогеда.
И первым номером гениального плана значился захват Дублина. Непонятным соединением, состоящим из вчерашних солдат и восставших горожан. Отважных, но совершенно необученных и сегодня поголовно страдающих от жесточайшего похмелья.
Впрочем, если верить брату, именно сейчас на захват города шансы имелись — две роты дублинского гарнизона частично уничтожены. Оставшиеся в живых кельты поголовно перешли на сторону бунтовщиков. Что стало с солдатами-островитянами спрашивать не имело смысла.
Главное, у кельтов готовы к бою около тысячи человек, из которых треть — подготовленные самими имперцами бойцы. Остальные поклялись от них не отставать.
«Это да, это по-нашему. Пусть и неумело, но драться горожане будут до конца. Чего-чего, а упрямства им не занимать. По себе знаю», — подумал Линч.
Так что двукратное преимущество у кельтов будет. Конечно, островные офицеры своих подчиненных сплотят заклинаниями, не позволят ни убежать, ни промахнуться. Но просто для того чтобы их вооружить, нужно время. Значит, надо ударить внезапно.
Возможно это?
Вполне. Нынешний бунт не первый. И всегда такого карательного отряда, что вчера так красиво вошел в город, хватало для наведения порядка. И сейчас хватило бы, если б не удалось использовать пушки. И если бы к восставшим не присоединились солдаты. А так-то толпу хоть и вооруженных горожан разогнать — это даже не бой. Так, развлечение.
