Шанс есть, осталось его использовать. Прежде всего — избежать безнадежного штурма окружающей город крепости.
— Сделаем! — уверенно уже не говорил, а скорее вещал Пэдди, для убедительности шлепая широкой ладонью по столу. — Войдем в город под видом того самого отряда, который островитяне послали против нас. И две трети которого к нам же и присоединились.
— Так вот просто и войдем? При подходе любой воинской колонны, даже своего отряда, ворота закрываются и стража обязательно запрашивает пароль. Это делается всегда. Таков порядок, который никогда не меняется. И если он назван не будет, ворота не откроются, а в городе объявят тревогу. И все на этом — с нашими силами штурмовать Доблин бесполезно.
Но сегодня смутить воодушевленного победами Пэдди было совершенно невозможно.
— Ерунда! Мы хитры, а островитяне глупы. В своей гордыне они считают себя самыми сильными, а нас слабыми и тупыми. Пришло время преподать им хороший урок! Заметь, уже не первый. Так что войдем спокойно и безопасно. Знаешь почему?
Осталось недоуменно пожать плечами.
— Я знаю пароль. И вообще все, что нужно для победы. Расположение гарнизона, постов стражи, складов оружия. Ну что, все еще сомневаешься?
— Откуда?
В самом деле, вчера к концу боя имперцы явно потеряли управление. Такое могло быть в одном случае — если убиты все офицеры. Иначе любой лейтенант заставил бы солдат держать строй. Кстати!
— Сколько в том отряде было офицеров?
— Трое, — мгновенно ответил брат. — Два лейтенанта и капитан. Все убиты.
— Так кто же тебе все это рассказал? Неужели такие вещи сержанты знают?
Пэдди закончил доедать остатки жаркого, вытер руки о собственные штаны и довольно откинулся на спинку стула.
— Сержанты тоже все убиты. А рассказал твой спаситель.
— Микки?
— Точно. Сразу после боя потребовал отнести офицеров в ближайший дом, двое из них, кстати, тогда еще не сдохли. Где-то с полчаса с ними возился, вышел измочаленный, словно сутки молотом махал, ну и рассказал. Про пароль и много еще о чем.
Так-так-так. А ведь о чем-то подобном уже приходилось слышать. Где же это было? Индия? Точно, в Мумбаи, на каком-то торжестве, устроенном местным губернатором, куда был приглашен молодой моряк.
Денег у того губернатора было немерено, так что в гостях оказались и большие шишки провинции с непроизносимым названием, и он, в ту пору помощник капитана на галеоне «Величественный».
Вот на той грандиозной пьянке и подслушал Линч, как некий крепко выпивший толстомордый тип в зеленом плаще мага хвастался, что может вызнать любую тайну у покойника. Лишь бы с момента смерти прошло не более четверти часа. Якобы после проведения хитрого ритуала трупу можно задать три вопроса, на которые тот обязательно ответит. Главное — вопросы задать правильно, а то вместо имени убийцы услышишь «человек».
И еще, тот маг говорил, что провести последний допрос могут далеко не все, только лучшие из лучших.
Очень интересно. Или Микки все узнал, пока офицеры еще были живы? Но тогда зачем покойников потребовал в тот дом заносить?
— Вот что, брат, — Линч поднялся, — пойду-ка я прогуляюсь, проветрю голову после вчерашнего. Где мои расположились? В казармах? Отлично. Пойду погоняю их по артиллерийскому делу.
И пригласил Пэдди к выходу, чтобы запереть комнату.
Но прежде чем идти к казармам, пошел к кладбищу, где десяток человек в поте лица копали здоровенные могилы. Покойники, словно овечьи туши, были свалены в кучи, но раздельно. Убитые горожане, рядом с которыми читал молитву священник в мантии истинной церкви, и солдаты, которых отпевал его коллега в одеждах господствующей в империи еретической церкви. Друг на друга эти двое не смотрели, но и желания затеять драку не высказывали.
Офицеры лежали чуть в стороне от своих подчиненных.
Линч подошел поближе. Так. Одного зарубили, проломив кирасу чем-то тяжелым и острым от плеча до середины груди. Ясно, этот погиб сразу. А вот двое исколоты, с такими ранами без магического лечения долго не живут, но и сразу не умирают. Лечить их Микки не пытался, иначе раны офицеров исчезли бы, как недавно у Линча на спине. Зато смерть их приблизил способом простым, хотя и грязноватым — просто перерезал горло.
А потом вышел к Пэдди и рассказал все секреты обороны Доблина. И какой из этого следует вывод?
Спасибо ему, конечно, но спиной поворачиваться к своему спасителю лучше не стоит.
Это было, пожалуй, последнее мирное воспоминание Эймона Линча на ближайшие три дня. Потому что все последующее время заняла рутина. Обучение артиллеристов до изнеможения, до отупения, чтобы тела бойцов все запомнили и сами, не требуя команды мозга, могли крепить, заряжать, прочищать. В бою думать будет некогда.
