— В таком виде? Точно убьёте. Дезирэ умрёт от смеха. Сам. Без вашей помощи. И нет, нет, я не хочу. Понимаете, он не совсем человек. Я видела, как он превращается в волка.
— В волка? — Арман озадачился. — Принц-оборотень?
— Не думаю. Во-первых, я не заметила, чтобы на него влияла луна. Во-вторых, становясь зверем, он совершенно не теряет человеческий разум. И потом… оборотень-маг, вы когда-нибудь о таких слышали?
Маркиз задумался, шагнул ко мне, запутался в подоле, чуть не грохнулся и от души выругался. Смутился.
— Простите.
— Ничего. И надо юбки спереди придерживать пальчиками, когда идёте. Вот так.
Он послушно повторил за мной. И вдруг замер:
— А Дезирэ часом не пёс ли бездны? Ну то есть, это конечно, смешно… и детские сказки, но…
— Кто? Я никогда не слышала о таких…
— Когда мы бухали с королём Анри, в ту самую ночь, то делали это в библиотеке. Знаете, у него есть чудесная башня в замке: внизу темница, а наверху — библиотека. Она очень-очень старая. Прелесть её в том, что никто не путается под ногами и не подслушивает. Ну и Его величеству вздумалось погадать.
— На картах? Или зеркалах?
Я представила короля перед зеркалом. По обе стороны — свечи, и мужчина шепчет: «суженная-ряженая…». Невольно снова захихикала.
— На книгах.
— Это как?
— Один берёт первую попавшуюся книгу, другой задаёт вопрос. Тот, у кого книга, открывает её в любом месте и читает, что выпало.
— Как интересно! И что же выпало вам?
— «Жизнь продли мне бог, я б держал руки лишь под ее плащом».
— Как красиво!
— Да, это стихи какого-то трубадура древности. Очень запутанные, если честно. Я ничего не понял. Может, конечно, потому, что был сильно пьян.
— А Его величеству?
— А вот ему интереснее.
Арман напрягся, вспоминая. Мы прошли в спальню и сели на кровать. Я на миг подумала было, что было бы неплохо отомстить Дезирэ, испортив жениху первую брачную ночь, но тотчас вздрогнула. Какие глупости! Миг торжества не стоит того, что колдун со мной сделает.
— «И вышел из бездны волк из тех, что называют псами бездны, и растерзал его».
Я вздрогнула. Сразу стало как-то холодно. Обхватила себя руками.
— Никогда не слышала о таких. А вы что-то знаете о псах бездны?
Он помотал головой.
— Ну а в книге что было написано?
— Мы не стали читать. Королю не понравилось, и он отшвырнул книгу куда-то прочь.
М-да. А вот это он зря. Мне бы сейчас ох как пригодились бы сведения!
— И как называется книга?
— Да как-то… А, подождите. Кажется, что-то вроде: «История Эрталии с древнейших и до наших дней».
— Вам надо немедленно возвращаться домой. И не спорьте! Вы — мой друг, а у меня так мало настоящих друзей. Я не могу разбрасываться ими, словно сломанными игрушками.
Арман скептически оглядел поблёскивающий подол атласного платья.
— В этом мне далеко не убежать.
Я задумалась. Встала.
— Постиранная одежда высохнет во дворе к утру. Завтра мы с Люсьеном — это тот мальчик, который спас вас от смерти — проверим больных в госпитале. Они здоровы, я знаю. И отпустим всех восвояси. То есть, множество народа выйдет из ворот крепости. Утром я прикажу служанке принести вам мужской костюм, и вы покинете мой замок вместе с толпой. Думаю, даже Дезирэ с его нюхом не сможет заметить вас среди сотен мужчин и женщин, выходящих из замка.
— А моя лошадь…
— Завтра я велю коней из королевской конюшни отправить на выпас.
— И…
— Украдите себе одну. Не знаю, будет ли там та, на которой вы приехали. Любую.
Маркиз помрачнел. Я положила руку ему на руку и улыбнулась, как могла нежнее:
— Может быть, скоро мне понадобится ваша помощь. Может быть, мне придётся срочно бежать из Монфории, и тогда вы сможете проявить своё рыцарство и приютить меня в вашем дворце.
Арман просиял. Всё же мужчины, в большинстве своём, легковерные идиоты. Но мне и правда было бы жаль, если бы Дезирэ убил этого славного юношу.
— А сейчас спрячьтесь. На кровать, я задёрну балдахин. Велю принести себе что-нибудь поесть. Для вас. И не выглядывайте: мне помогут одеться. Меня ждёт ещё множество дел. А ваше дело — отоспаться и благополучно вернуться в Эрталию.
Дезирэ на совете вёл себя вызывающе. К моей досаде, принц не выглядел раненным или больным. Он слушал наши обсуждения, задрав ноги на стол и откинувшись в кресле так, что почти лежал. Губы его кривились пренебрежительно, а полуприкрытые глаза поблёскивали. А вот Осень, которую я позвала на совет и даже дала ей право говорить, наоборот казалась воодушевлённой и просто сыпала идеями, одна страннее другой. Одни только всенародные выборы мэра чего стоили! А почта! А всеобщее образование и бесплатная, за счёт королевской казны, медицина! Или вот, например, отмена казней. Даже для разбойников и мятежников. Немыслимо. И что, у них вот там, в будущем, так живут? Да ерунда какая-то. Нереально. Но я слушала и кивала, и даже в какой-то момент почувствовала, что проникаюсь этими безумными идеями.
— Пытки тоже отменить прикажете? — кротко поинтересовался кардинал, не отрывая взгляда от своих тонких, сморщенных пальцев с ухоженными ногтями.
