– Хорошо, – я все еще пребывала в замешательстве, и Блейк явно этим наслаждался. – И мы приехали сюда зачем?
– Мы поужинаем. – Все в его тоне говорило «ау».
– Но я думала, ты будешь готовить.
– Я и буду, – он и не пытался скрыть свой триумф. – Просто с небольшой помощью.
«Круто, круто, круто». Что ж, получается, что наследник империи «Росси» будет помогать готовить мне ужин. Это было совершенно неожиданно, но в то же время полностью в стиле Блейка.
Словно по команде, из дома вышел мужчина лет тридцати и широко распахнул руки. Его длинные черные волосы были зачесаны назад, борода и усы аккуратно подстрижены, а загорелая кожа приятного оливкового оттенка. Все в нем кричало, что он живет совершенно роскошной жизнью, как поступила бы и я, если бы у меня хватало денег, чтобы жить на вилле в Италии.
– Блейк!
Мужчина притянул его к себе и страстно поцеловал в обе щеки. Они начали очень быстро говорить по-итальянски. Так. Блейк, значит, знает два языка. Даже три, учитывая еще и французский. Он вообще хоть чего-то не умеет? И почему все в нем заставляет меня проникаться к нему все большей симпатией?
Наконец итальянский жеребец повернулся ко мне.
– А ты, должно быть, Элла. Рад знакомству. – Он сцапал меня за плечи, притянул к себе и смачно поцеловал в обе щеки еще до того, как я успела сказать «привет».
– Рада познакомиться, – покраснев, произнесла я.
Разве можно опьянеть от запаха чьих-то духов?
– Для нас честь принимать тебя здесь. Я – Габриэль, – он повернулся к дому и поманил нас за собой. – Ну идем, идем.
– Ты можешь перестать краснеть, – улыбнулся Блейк. – Он давно состоит в браке.
Я шлепнула его по руке и зашагала так быстро, что Блейк отстал на несколько шагов. Но недостаточно быстро, чтобы не разглядеть его довольную улыбку. Габриэль водил нас по дому, знакомя с его историей. Дом был размером с небольшой колледж гуманитарных наук. В каждой комнате нас встречало идеальное сочетание современного декора и старинных акцентов. Элегантно и удобно. Я была готова все свои накопления поставить на то, что журнал «Архитектурный дайджест» однажды посвящал этому месту статью.
Наконец, минут, наверное, десять спустя мы очутились на кухне. «О. Мой. Бог». Массивный остров в центре кухни едва виднелся под горой наваленных на него ингредиентов. Здесь были мука, свежие яйца, оливковое масло, морковь, сельдерей, красный лук, томаты, чеснок, свежая петрушка, шалфей и розмарин.
Габриэль надел восхитительно нелепый фартук с надписью «Поцелуй повара». Блейку он вручил еще более прекрасный фартук, на котором был изображен обнаженный Давид Микеланджело. Я всячески старалась не рассмеяться, пока Блейк надевал его и завязывал шнурки за спиной.
– Элла, ты не принесешь вина из погреба? – попросил Габриэль. – Бери любое красное, что тебе приглянется.
Я покупала вино, исходя исключительно из того, какая этикетка мне понравится больше, но не думала, что он имел в виду это. Его винный погреб был огромен. Ряды и ряды всех мыслимых вин, от Альбариньо до Зинфанделя. Я остановилась на «Кьянти Классико», потому что по пути Блейк прочел мне целую историческую лекцию о регионе Кьянти в Тоскане. Естественно, все это он знал из какой-то просмотренной документалки о семье Медичи. Вино было 2001 года, так что я хотя бы не погрузилась в вина прошлого века.
Когда я вернулась на кухню, Блейк и Габриэль спорили о технике шинковки моркови. Просто представьте себе картину: двое мужчин, оба ростом под метр восемьдесят, стоят в новеньких фартуках, каждый держит в руках нож и размахивает им так, словно дирижирует оркестром.
– Если вы собираетесь убить друг друга, можете дождаться, пока мы поедим и я уйду?
Оба мужчины перестали разговаривать и уставились на меня.
– Я голодна и не хочу, чтобы меня обвинили в убийстве, если вы вдруг пошинкуете друг друга, – призналась я, наливая три стакана вина.
Блейк положил на стол луковицу и величественным жестом предложил Габриэлю продемонстрировать правильную технику. Габриэль одарил меня милой улыбкой.
– Твой Блейк упрямый. Я рад, что у него есть кто-то, кто держит его в узде.
Я никогда не пила вино так быстро. Оно проскользнуло мне в глотку так резво, что даже не успело задеть ни одного из вкусовых сосочков. Я постаралась не придавать значения тому, что он назвал Блейка моим. «Это не свидание, Элла». Но, с другой стороны, Блейк мог просто сварить пасту «Росси» из коробки и сказать, что выполнил свое обещание. Вместо этого он привез меня в дом Габриэля Росси, чтобы тот помог ему приготовить полноценный домашний итальянский ужин. И как еще я должна все воспринимать? В конце концов, я всего лишь человек.
Следующий час пролетел незаметно за непринужденной беседой. Мы с Блейком предложили Габриэлю присоединиться к нам за ужином, но он откланялся, сославшись на дела в городе. Похоже, мы остались наедине. Что ж, отлично. Я в полном порядке. Определенно не возомнила слишком много. Мы часто ужинали вместе. Вино еще осталось?
