Локи знает таких. Внутри у них сжатая пружина, готовая распрямиться в любую секунду, когда только это понадобится.
И в якобы расслабленной позе на самом деле нет ничего мягкого. Если брать из запаса ассоциаций, Тюр — гранитная плита. Одна из тех, на которых материки держатся, ага…
— Так точно, сэр, — Локи не знает почему, но приветствует его так, как поприветствовал бы будь он его подчиненным.
То есть, официально. То есть, отдает честь.
Все в кухне, заметив это, ошарашенно замирают. Тор от удивления даже приоткрывает рот.
Но Тюр будто и не замечает. Тщательно осматривает его с ног до головы, хмыкает.
— Наслышан о тебе, наслышан… — произнеся это, он кивает и возвращается за стол.
Руку так и не пожимает, не приветствует.
Локи фыркает.
Какая разница, в самом деле?.. У них уж точно нет общих тем, и для них не жизненно важно становиться друзьями.
Теперь они знакомы. И хватит.
Однако…
Внутри что-то жалобно вздрагивает. Обида?.. Горечь?..
Или желание понравится тому, перед кем благоговеет Тор?.. В смысле для того, чтобы ещё больше понравиться самому Тору?..
Чушь. Ему это не нужно.
Это не отношения. Не любовь. Просто секс.
Вместо того, чтобы долбать друг другу мозги, они просто долбятся. Всё «просто».
Он даже не задумывается о том, в который раз за день напоминает себе это, но на самом деле число выходит уже довольно двузначное, и…
Локи просто старается не думать об этом.
Он натягивает улыбку, помогает Фригге готовить праздничный стол и болтает с Бальдром и Тором. Он смеётся. Он шутит и острит.
Ближе к девяти домой возвращается Один. Все начинают собираться за столом на террасе. Снаружи, за высокими большими окнами, почти с самого полудня валит снег. Весь задний двор уже почти что утонул в нём.
Бальдр, увидев это, обещает накормить мальчишку снегом, и Локи со снисходительной усмешкой говорит, что, как бы ему не пришлось сушить свои «снежные» трусишки после их побоища… Фригга лишь закатывает глаза, наблюдая за их детскими задирками.
Когда стол накрыт, все расходятся по комнатам, прихорашиваются. Быстро сбегав наверх, переодевшись в рубашку и джинсы, он отчего-то на миг замирает перед зеркалом. Самую малость крутится перед ним, а затем придвигается ближе.
В глазах что-то такое… Такое неожиданное/необычное… Такое блестящее, озорное…
И тело, оно целиком и полностью уже не кажется таким уж отвратительным…
Всё немного ноет и побаливает от их с Тором сегодняшних «игрищ», но это так приятно, что хочется прикрыть глаза и вдохнуть глубже. Хочется, чтобы Тор снова целовал/гладил/смотрел так, будто бы в нём действительно есть что-то прекрасное и…
Даже неприятные ощущения от мыслей о Тюре отходят на задний план. Он закусывает губу, пытаясь убрать эту слишком счастливую улыбку, и чуть приглаживает волосы. Откашливается, прежде чем направиться к выходу.
Локи как раз спускается на первый этаж, как раз проходит мимо библиотеки, как вдруг кто-то хватает его за локоть и затаскивает внутрь. Довольно мягко прижимает спиной к закрывшейся двери.
— Что не так?..
Глаза Тора немного напряжённо поблёскивают, он не разводит долгие предисловия, сразу ныряет в самую суть разговора.
Локи хмурится. Более менее приподнятое настроение пропадает в момент. Говорить о своих собственных дурацких заморочках не хочется, ему кажется, что всё это чертовски глупо.
Немного непонимающе он пытается пожать плечами, но те прижаты чужими ладонями к деревянной двери, и всё, что ему остается, — лишь спокойно и по-глупому вскинуть бровь.
Он почти уверен, что Тору подсказал Бальдр. Ну, почти… Процентов на пятьдесят…
Хотя, даже если и так, он не злится на буку-Бальдра. Если он и дальше будет так ненавязчиво подталкивать их друг к другу, вряд ли это кому-то из них навредит. Главное, чтобы он не лез и не навязывался, всё-таки это именно их дело.
— Я не понимаю о чём…
— Эй, перестань, — Тор мягко оглаживает его плечи. Где-то за дверью, по коридору вышагивает Бальдр, переговариваясь с Сигюн по телефону, поздравляя её с Рождеством. Их он не слышит точно, но Локи всё же напрягается. Тор спокойно, как ребёнку, объясняет: — Как приехал Тюр, ты сам не свой. Я тебя ещё никогда таким шумным не видел… Что не так?..
— Тор, — он тоном очерчивает границу и поднимает глаза, сжимает губы в ниточку. Ненавязчиво давит на сильную грудь, пытаясь отстранить «брата». — Тебе не нужно переживать по каждой мелочи. Я просто немного утомился и…
Он очерчивает границу, но здесь нет никого, кто стал бы её соблюдать. Парень поднимает руку, заводя непослушную прядку ему за ухо, а затем аккуратно касается пальцами подбородка.
— Я, конечно, ещё не очень опытен в этом, но… Я уверен, что прямо сейчас ты лжёшь мне, — его глаза прищурены, взгляд неощутимо пронизывает насквозь. — Что?..
— Тц, — Локи чуть дёргает носиком и отводит глаза. Говорит, почти не слышно: — Я ему не понравился.
— Оу… — Тор понятливо хмурится, кивает, кивает, а затем безразлично пожимает плечами. — И ладно. Это всё?
— В смысле «и ладно»?! Ты… Ты не понимаешь, я… — мальчишка дёргается, вскидывает руки, пытаясь объяснить, но парень перебивает.
