В комнате куда вошёл Марк, за длинным, чёрным прямоугольном столом сидели два человека — мужчина и женщина. Мужчина, испанского типа, тёмный, худенький, с недобрым выражением лицa. Чёрная молодая и полная женщина посмотрела на Марка с хитрым выражением на круглом, заспанном лице.
— Глория, объясни парню, что нужно делать, — обратился хозяин, мистер Гросс к женщине и вышел в соседнюю комнату.
— Садись рядом, — лениво сказала женщина. Глорию было трудно понять. Она говорила на чёрном сленге.
Женщина достала с полки коробку и поставила её на стол перед собой. В коробке оказалась партия швейцарских часов.
— Эти часы надо завести и надеть на них ремешки. Когда будет готово отнесёшь по адресу, который даст тебе мистер Гросс.
Пять раз в неделю Марк заводил часы, надевал на них ремешки, кожаные или из металла, и разносил их по адресам, чаще всего на сорок седьмую улицу в Манхеттене. Время от времени в офисе появлялась миссис Гросс. Это была женщина уже не молодая. У неё в ушах, на груди, на руках было много золота. Со своим мужем, мистером Гроссом, она говорила только по-немецки и очень громко, так, что иногда казалось, что хозяева ругаются.
По вечерами Марк изучал английский язык и программирование в Квинс-колледже. Студентам нравились лекции профессора Гольдберга, говорившего по-английски с русским акцентом. Профессор, большой, грузный, с копной курчавых седых волос, часто отходил от скучной темы финансов — шутил. Профессор не объявлял о своих политических взглядах, но было понятно из его высказываний кому он симпатизирует. Он сыпал цитатами из Маркса, Энгельса, Ленина и Мао.
Марк полюбил Нью Йорк. Пришла весна. В апреле, как это бывает обычно в Нью-Йорке, сразу же наступало лето. На улицу высыпали люди в майках и шортах, но большинство всё ещё было одето по-зимнему. На сорок седьмой улице, имеющую также название Брильянтовой улицы, кипела жизнь. Покупали, продавали золото, бриллианты, ювелирные украшения, торговались. Кого здесь только не увидишь. Ортодоксальных евреев в длиннополых одеждах и белых чулках, в меховых шапках, чёрных широкополых шляпах с длинными вьющимися пейсами, бородатых индусов в чалмах, людей со всего света. Но здесь также можно увидеть и элегантных мужчин и женщин, покупающих изысканные украшения. Кого здесь только не услышишь: идышь, русский, местечковый английский, очень правильный английский, чёрный сленг и прочие языки со всего мира.
Утром Марк отнёс партию часов на сорок седьмую улицу, вернулся в компанию и подготавливал новую партию часов для клиента на сорок седьмой улице. Хосе подготавливал посылку с часами для отправки в какой-то город. Глория клевала носом и делала вид, что работает. Рядом с Хосе стоял маленький радиоприёмник, и оттуда разносилась по комнате весёлая испанская музыка…
Шли годы. Марк учился в колледже, подрабатывал ночным уборщиком офисов, продавцом в магазине, кассиром в супермаркете, официантом. Закончив колледж, Марк нашел работу в консалтинговой компании программистом. Он работал в группе, обслуживающей федеральное агентство. Агентство инспектировало работу фондовой биржи, следило нет ли каких-либо нарушений финансовой системы.
Каждый год в конце декабря Агентство устраивало вечеринку, посвященную концу года. Это был очень хороший год для агентства: обилие штрафов, полученных от компаний и поступающих в казну, лишение брокеров права на работу, что подчёркивало стремление агентства искоренить нарушение финансовых законов. И Агентство не пожалело денег — арендовалo банкетный зал в Хилтоне. В семь часов вечера, после рабочего дня, Марк и ещё несколько людей из его группы на такси подъехали к Хилтону.
Настроение у всех было прекрасное. Шутили. Смеялись. Официанты на металлических подносах разносили разнообразные закуски. У бара выстроилась очередь. Марк заказал себе порцию коньяка, выпил и пошёл в бар за другой порцией. Впереди Марка в очереди стояла красивая девушка с крупным мужчиной, лица которого Марк не видел, так как мужчина стоял к Марку спиной. Юная красавица была в короткой юбке, на высоких каблуках и у неё были великолепные, сильные и длинные ноги. Её рыжие волосы были зачёсаны назад и завязаны хвостом на затылке. Крупный мужчина, повернулся лицом к Марку и Марк узнал человека — профессор Голдберг.
— Ба-ба-ба. Да, мы же знакомы…Шарф…, кажется? А вот как ваше имя — не помню.
— Марк
— Лолочка, Марк был моим студентом. Лолочка — моя дочь, — представил свою дочь Марку профессор. Надо бы где-то присесть?
Марк повёл профессора и его дочь к свободному столику. Профессор был навеселе. Он уже успел много выпить.
— Лола пригласила меня на эту вечеринку. Я люблю находиться среди молодёжи.
Кстати, у Лолы завтра день рождения. Лола, давай пригласим Марка.
— Конечно, папа. Марк, придете?
— Приду. Обязательно.
