Павел Николаевич Земсков разменял уже пятый десяток. При среднем своём росте имел больше центнера веса. Обладал громадными кулаками и на редкость спокойным характером. Родился и вырос Павел Николаевич в самом Пригородном. Отслужив в армии, стал работать в родном райцентре милиционером. Потом был назначен участковым, отработал на этой должности без малого двадцать лет. В восемьдесят восьмом начальство, приняв-таки во внимание многочисленные его просьбы и солидный возраст, перевело Павла Николаевича на работу сидячую. За два года службы в дежурной части Земсков ещё больше погрузнел, про живот его уже слагали легенды. Павел Николаевич был далеко не глупым человеком, обладал врождёнными деревенскими осторожностью и чувством юмора. По молодости, говорят, он одно время баловался винишком и даже, говорят, — один раз кодировался. Вся закононепослушная братия райцентра помнила его ещё участковым и очень даже остерегалась. Все в посёлке знали историю, что случилась лет так десять назад. Тогда шестеро местных парней по-пьяни решили разобраться с «Николаичем». После «разборки» двое оказались в больнице, четверо остались без зубов. Сам Земсков, тогда ещё старший лейтенант, получил пару ссадин и рукав порвал на кителе. Правда, по жалобам избиенных, его с полгода потаскали в прокуратуру. Но, в конце-концов, признали невиновным… А первый секретарь райкома, рассказывают, на одном из совещаний очень хвалил Земскова за тот случай и ставил в пример…
— Я ему, Сергей Иваныч, несколько раз говорил — тяжело отпыхиваясь, продолжал оправдываться за сбежавших кроликов Земсков — убери скотину в кабинет. А он мне — Два часа ночи уже, ничего до утра не случится…
— Ну хватит — прервал дежурного Хлопонин — Как ночь прошла?
— Тихо, вроде, слава Богу — обрадовался Земсков, что обычно придирчивый начальник оставил кроличий побег без внимания — Ну я тогда пойду? Сменщик здесь… — Зазвонил телефон. Начальник трубку снял сам. Слушая, окинул Павла Николаевича недобрым взглядом — Тихо, говоришь — положил трубку — Пока вы за кроликами здесь гонялись, на Садовой грохнули кого-то. В подъезде совхозной двухэтажки труп мужика с разбитой головой лежит. Собирай группу на выезд. И побыстрей!..
Ноябрь выдался на редкость тёплым. Даже моросящий вторые сутки дождь не портил настроения следователю Пригородного РОВД Храмову. Евгению Андреевичу Храмову недавно исполнилось тридцать. Выпускник высшей следственной школы, он за семь лет работы в райотделе вполне справедливо считался очень толковым специалистом и хорошим парнем. Высоченный и худющий, близорукий очкарик, Храмов больше напоминал аспиранта института. Работа ему нравилась и времени на неё — никогда не жалел. Районный прокурор был доволен. Ценило Храмова и непосредственное начальство, постоянно поручая «вытаскивать гиблые дела». Короче, все в РОВД, от начальника до постовых милиционеров, Евгения Андреевича уважали, хотя многие и считали его для милиции слишком интеллигентным и немножко — не от мира сего. Единственный сын сельских врачей из соседнего района Храмов, осев в Пригородном и разменяв четвёртый десяток, так и не был ни разу женат. Не имея ни семьи, ни детей, занимал семиметровую комнату в заводском общежитии и, казалось, ни на что в плане личной жизни и быта не претендовал. Злые языки говаривали, что страдает «Андреич» страшной мужской болезнью, потому и выплёскивает скопившуюся энергию в работу, вкалывая до ночи и по выходным. И не догадывался ведь никто, что второй год уже знаком Храмов с самой лучшей в своей жизни женщиной…
То июньское утро восемьдесят девятого Храмов помнит в деталях. Была суббота. Вызвал начальник райотдела. В кабинете находилась незнакомая молодая женщина. Поздоровавшись, Евгений Андреевич присел напротив. Та с неподдельным интересом взялась рассматривать вошедшего. Встретившись с её зелёными, чуть раскосыми глазами, Храмов отвёл взгляд, вопросительно посмотрев на начальника.
— Вот, знакомьтесь, Наталья Сергеевна — начал разговор Хлопонин — это Евгений Андреевич Храмов, а это — повёл рукой напротив — Наталья Сергеевна Светлова… — Храмов привстал, пробормотал — Очень приятно — и собрался опять садиться. Но Наталья Сергеевна неожиданно, что совсем не принято в сельской местности, подала ему руку. Осторожно пожав тёплую ладонь Светловой, Храмов вновь перевёл взгляд на начальника.
— Короче, продолжил Хлопонин — Наталья Сергеевна — корреспондент нашей областной партийной газеты. Она тут обзор про наш район готовит, и про райотдел статья будет… Я Вас правильно понял, Наталья Сергеевна?
— Совершенно верно, Сергей Иванович — голос Светловой оказался чуть низковатым и на редкость приятным — будет хорошая добрая статья о вашем коллективе и о…Евгении Андреевиче, в частности.
— Да-да, Женя — начальник поймал вопросительный взгляд Храмова — Журналисту нужен самый лучший наш сотрудник. Ты шибко-то не гордись, но на данный момент рекомендовал я тебя. Вот и расскажешь о своей работе, в рамках разумного, естественно. Ну ты парень толковый, грамотный…сообразишь.