— Потому что я знаю, как лучше. Мало того, что ты человек, а значит, слишком уязвима, так ты еще и отвлекаешь его! Ты вынуждаешь его тратить время и силы на свое преследование, тогда как его власть могут оспорить, если он не справится! Этого я допускать не собираюсь! Так что если ты и дальше посмеешь раздражать Грегордиана и вызывать его гнев и недовольство, я все же рискну избавиться от тебя. Нет предмета вожделения — нет проблем. Но если ты поведешь себя правильно и станешь слушать меня, то обещаю, что буду одним из первых твоих защитников ради спокойствия архонта.
Всякая мягкость пропала и из голоса, и из черт Алево. Теперь передо мной стояло совершенно безжалостное, пугающее до икоты создание, которому было откровенно безразличны мои желания или их отсутствие, а имели значение лишь его интересы.
— Боже, вы тут все реально больные! — прошептала я в ужасе. — Единственные, от кого меня нужно защищать, это от вас!
— Тебе так кажется, потому что ты ничего не знаешь. Но это устранимая проблема. Садись в машину, женщина, поезжай домой, собери все, что хотелось бы взять с собой и просто дождись, пока Грегордиан за тобой придет. Это ведь не слишком сложная задача даже для Младшей?
Младшей? Прозвучало так, будто я нечто вроде цирковой мартышки, причем не самой сообразительной.
Я открыла рот, подыскивая слова для ответа, и тут услышала низкий вибрирующий звук, донесшийся со стороны дома. Алево резко повернул голову и сильно нахмурился. Во дворе появился обнаженный по пояс Григорий, и он не просто шел, а буквально несся в нашу сторону с таким угрожающим видом, что моя кровь мгновенно замерзла в венах. Голова опущена, на лице прямо-таки зверский оскал, и весь он с ног до головы был покрыт бурыми потеками и разводами, очень сильно напоминающими засохшую кровь.
— Слушай меня, — быстро зашептал Алево, — если хочешь жить, делай все так, как я тебе сказал. И начни быть ласковой паинькой прямо сейчас.
Отстранившись от меня, мужчина почтительно склонил голову, приветствуя Григория.
— Богиня сделала твою победу легкой, деспот? — с радостной улыбкой проговорил он.
Григорий молча налетел на него и швырнул, как нечто вообще не имеющее веса с такой силой, что Алево пролетел через улицу и врезался с глухим хрустом спиной в соседский забор. Однозначно после такого не выживают. Но размышлять о судьбе блондина у меня не было времени. Потому что Григорий схватил меня за горло и поднял над землей, глядя в лицо с такой ненавистью и безумной свирепостью, что мне захотелось умереть прямо в эту секунду от смертельного ужаса.
— ТЫ!!!! — прогрохотал он, пока я, болтаясь в воздухе, медленно умирала от удушья, бессильно царапая его руку. — Это была все время ты!!
Он снова тряхнул меня как тряпичную куклу, в шее что-то хрустнуло, ослепляя дикой болью, и сознание потухло.
— Не понимаю, чего ради я и дальше должен тратить свое время, прозябая в этом ужасном мире Младших! — недовольно заканючил расхаживающий перед огромным камином холеный темноволосый мужчина, одетый в мягко облегающий его тело костюм глубокого бордового цвета. От непрерывного движения его одеяние, буквально усыпанное бесчисленным количеством камней в тон ткани, переливалось так, словно он, как жидкостью, был облит искрящейся драгоценной субстанцией.
— Если наш деспот велел тебе дождаться его появления, гоет Франганн, то так тому и быть, — равнодушно отозвался рыжий детина, нарезая мясо в большой серебряной тарелке перед собой, и указал ножом на приборы напротив. — Присядь, поешь и выпей вина.
— Королевский гоет Франганн, уважаемый Сандалф, — заносчиво поправил рыжего нервный собеседник. — И ты, видно, издеваешься надо мной. Предлагать мне ничтожную примитивную пищу из мира Младших, тогда как меня ждут изысканнейшие и утонченные блюда, подаваемые при королевском дворе!
— Дело твое, гоет, — Сандалф явно нарочно отказался одаривать Франганна титулами, на которых тот настаивал, и гримаса неудовольствия исказила красивое лицо волшебника. — Но ты можешь хоть заморить себя голодом, но не покинешь этих стен, пока архонт лично тебе этого не позволит.
— А когда же это, наконец, произойдет? — прозрачно-голубые глаза колдуна сверкнули плохо скрываемой ненавистью. — Ваш деспот дурно воспитан, раз вынуждает занятого и высокопоставленного гостя столько ждать себя. С другой стороны, чего же взять с дини-ши. Откуда у полуживотного манеры?!
Рыжий поднялся из-за стола медленно, но в этом движении было достаточно угрозы, чтобы заставить Франганна поменяться в лице и попятиться.
— Если ты посмеешь еще раз оскорбить моего деспота в его же доме, то лишишься как минимум языка, гоет! — Сандалф каждым словом, словно камнем, швырял в собеседника, заставляя его вздрагивать. — И ты тут не в качестве гостя! Ты наемный работник, призванный им ответить, почему от твоей ворожбы нет результата!
— Не может такого быть! Я лучший в своем мастерстве! — самодовольно выкрикнул мужчина и взмахнул руками. — Каждый это знает!
Не обращая внимания на хвастовство волшебника, рыжий уселся и вернулся к еде.
