– Ну ты даешь! Крайне необычно. Возможно, ты происходишь от какого-то глобального природного катаклизма – такое иногда случается.
– Я ничего такого не припоминаю. Вроде бы была какая-то большая битва… но это не одно и то же.
– Гм. И многого было крови?
– Наверное, да. А кровь важна? Я мог получиться от этого?
– Вряд ли… По крайней мере, не напрямую. Но если что-то другое уже запустило процесс, она могла оказаться очень кстати.
– Кажется, была еще большая буря.
– Бури – это тоже очень хорошо. Но и их недостаточно.
– Так что же мне теперь делать?
– Делать? Скажи спасибо, что твоего имени никто не знает!
– Да я его даже сам не знаю! Ну то есть, если оно вообще у меня есть.
Мы долетели до вершины, основательно загрузились и двинулись в обратный путь.
– Нет, у тебя точно должно быть имя! У всех оно есть. Мне это кто-то из старых сказал.
– Из старых?
– Ты какой-то совсем наивный! Старые – это древние демоны, из тех времен, которые люди уже напрочь забыли. Много веков прошло с тех пор. К счастью для них, люди забыли еще и их имена, так что они живут себе поживают в далеких пещерах, на горных пиках, в сердце вулканов – бывает, что и на морском дне, – и никакие заклинатели их не беспокоят. Их послушать, так треклятые хозяева наших дней и в подметки не годятся треклятым хозяевам прошлого – вот кто в самом деле умел угнетать! Хрен его знает, есть ли правда какая-то разница – я ни с кем не знаком, кто служил бы сначала древним, а потом современным треклятым хозяевам. Но старые демоны, по крайней мере, мудры – помудреешь тут, когда уже которую тысячу лет в этом мире ошиваешься! Возможно, кто-то из них смог бы тебе помочь.
– Так ты действительно кого-то из них знаешь лично?
– О да! В бытность свою свободным демоном я жил среди них далеко в нижних пределах, в Гротах Гремящей Земли, где раскаленная магма извергается и течет… М-м-м… Что за дивный, счастливый край! Ну, почему я сейчас не там!
– Так почему ты туда не вернешься?
– Ничто не доставило бы демону большей радости, можешь мне поверить! Но я не могу отходить слишком далеко от моего треклятого хозяина – все его треклятые чары! – а выходных и отпусков он, как ты, наверное, сам догадываешься, сотрудникам не дает.
– Какая неприятность.
– Вот именно.
Мы снова вернулись в подвал и закончили наполнять холодильные короба.
– Ну, что ж, – сказал мой новый знакомец, – теперь, благодаря тебе, я все закончил вперед расписания, и мой треклятый хозяин не вызовет меня для новой работы, пока не дотумкает, что прежняя уже доделана. Стало быть, у меня есть несколько минут свободы. Если хочешь, давай поднимемся опять повыше, откуда видно максимально далеко, и я попробую показать тебе направление к Гротам Гремящей Земли – только учти, что вход в них расположен на другом континенте!
– Да, покажи мне дорогу! – попросил я, и он взмыл в небеса.
Я – за ним.
Инструкции я получил непростые, но к выполнению их приступил немедленно.
Я направился на северо-запад и долго летел, пока не добрался до большой воды, через регулярные интервалы времени поднимавшейся повыше, к звездам, которые она в себе отражала с поразительной достоверностью.
Там я неожиданно затормозил. Я знал, что на следующем этапе мне придется пересечь это пространство, но по пути успел растерять всякую волю и никак не мог начать. Я медленно поплыл вдоль линии берега в северном направлении, недоумевая, что же меня удерживает.
Я хотел обрести полный контроль над своей расплывчатой персоной и попробовал оценить ситуацию в абсолютно рациональном ключе. Никаких причин для колебаний мне обнаружить не удалось, а странную летаргию, охватившую меня, я решил игнорировать. Силой отправив себя вперед, я миновал узкую усыпанную галькой полосу суши и оказался над равномерными плескучими вспухлостями, которые занимали все обозримое пространство водной плоскости.
И почти сейчас же моя новообретенная решимость содрогнулась, но я исполнился намерения продолжать и с боями продолжал… – раз за разом налетать на странную воздвигнутую супротив меня преграду.
Вот тогда-то я и услыхал голос, вплетавшийся в грохот и гул прибоя.
…И снова Пол плыл сквозь великие Врата и дальше, в лежащий за ними край.
На сей раз он двигался быстрее.
Перед ним промелькнула другая охота, и он наблюдал за превращением и погоней со всевозрастающей радостью. После второй поимки, однако, жертву все-таки сожрали, и пришлось искать новую. Некая сила духовной или психической природы повлекла его прочь от этой сцены и дальше, над разоренными землями. Казалось, долгие дни он странствовал в некой смутной неопределенной форме по мертвым краям, где ничего никогда не менялось, и оказался, в конце концов, у изрядно выветренного, но все еще высокого кряжа черных гор, простиравшегося от горизонта до горизонта.
Трижды пытался он одолеть высоты и трижды вынужден был отступиться. Лишь на четвертой попытке иссушенные воющие ветра буквально втолкнули его в расселину, через которую он и промчался насквозь.
