- Спасибо за мочегонное средство, - сказал он, ставя пустую бутылку. - Однако, это ни к чему хорошему не приведёт. Я пытался это сделать уже несколько дней. Хуже всего то, что я всё время хочу пить. Отчаянно хочу пить. В конце концов мой мочевой пузырь лопнет, и что тогда произойдёт, Фрай?
- Ты доктор. Ты мне скажи.
- Я не уверен. Этого не должно случиться. Тело должно непроизвольно ссать, если держать мочу достаточно долго, но этого не происходит. Я не держу её. Я просто не могу этого сделать. Тихо Браге. Это имя тебе о чём-нибудь говорит?
Фрай покачал головой. Он взял пустую бутылку.
- Астроном. Знаменитый. До его появления все думали, что звёзды на небесах полны гармонии и порядка. Но Тихо доказал всем, что космосом правит хаос. Хаос был повсюду. Не только во всей этой ерунде на Земле, но и в звезде, превращающейся в новую. А потом угадай, как этот ублюдок умер? Он боялся встать во время званого обеда, чтобы пописать. Он думал, что это выставит его грубым. Итак, он сидел там и умер от лопнувшего мочевого пузыря. Что касается меня, я, возможно, не протяну долго, но никто из нас не продержится. По крайней мере, я выйду на бой.
По телевизору донеслись аплодисменты. Они оба обернулись, чтобы увидеть повтор тачдауна.
- "Баксы" побеждают, - сказал доктор Уивер. - Послушай, причина, по которой я здесь, - это не очень хорошая причина, - рука доктора дрожала, когда он поставил чемодан на кофейный столик.
Фрай переложил бутылку в левую руку. Его рука сжала горлышко.
- Просто у нас с тобой есть проблема, и я должен её решить, прежде чем произойдёт что-то ещё. Это то, что произойдёт со мной. Если я это исправлю, - сказал он, почти плача, - возможно, я снова смогу мочиться, разве ты не понимаешь?
Фрай кивнул. Каким-то образом он понимал.
- Она должна вернуться. Со мной.
Доктор Уивер открыл чемодан и достал пилу для костей. Он положил её на кофейный столик и преодолел спазм боли, прежде чем продолжить.
- То, что у тебя есть, - это ценный объект. Можно сказать, оружие. Я не понимал, что это такое. То, что оно сделало. Его история, - руки доктора дрожали, когда он продолжал вынимать предметы из чемодана - скальпели, ножи, марлю. - У тебя больше нет тех обезболивающих, которые я тебе дал, не так ли?
Фрай покачал головой. Рука больше не болела. Его пальцы крепко и уверенно сжимали бутылку.
Доктор продолжал расставлять предметы, остановившись из-за очередного болевого спазма.
- Детали не имеют смысла, пока не увидишь целое. И ты не сможешь увидеть целое, пока детали не сойдутся воедино. И как только ты увидишь всё целиком - о, мой бог - ты поймёшь, что тебе следовало сделать. Я видел это во сне, Фрай. И ты был там.
Фраю хотелось сфотографировать доктора. Он знал, что на этой фотографии в резких линиях лица доктора сформируется слово. Он знал это тогда, когда доктор сказал ДЕТАЛИ или ЦЕЛОЕ. Любое из них подойдёт. Когда доктор Уивер поднял налитые кровью глаза и встретился с Фраем, рука Фрая опустила бутылку на голову доктора. Никакого крика о помощи. Доктор едва успел пискнуть. Его тело рухнуло, и стекло разбилось. Когда рука Фрая снова опустилась, сжимая лишь кулак с осколками стекла, голова доктора взорвалась, как кегли в боулинге.
Фрай просто старался держаться подальше.
ВОРОНКИ И ВЕЩИ ГОРАЗДО ХУЖЕ
В этой комнате было только тусклое освещение, среда, подходящая для тех, кто может выдержать лишь пару градусов выше полной темноты. Гробовщик сидел напротив Фрая, сутулый и бледный, его пальцы сложились в шпиль, пока он обдумывал признание Фрая.
Фрай не знал, куда идти после своей последней встречи с доктором Уивером. И снова готическое здание с видом на кладбище привлекло его к себе, к единственному месту, о котором он мог подумать, которое могло предложить покой, утешение и, самое главное, убежище. Не удосужившись постучать, он обнаружил, что дверь открыта, и вошёл в "ПОХОРОННОЕ БЮРО БРАТЬЕВ СКЕЙЛ", где обнаружил мужчину, полирующего каменный стол неправильной формы. Один из гробовщиков, бледный лысый джентльмен, представился одним из братьев Скейл и не выказал никакой тревоги в присутствии Фрая.
- Нам потребовались значительные усилия, чтобы найти этот предмет, - сказал он, говоря о каменном столе. - Предполагается, что когда-то он служил частью жертвенной плиты, но кто знает, чему можно верить, когда дело доходит до таких апокрифических историй.
- Жертвенный? Типа человеческих жертвоприношений? - сказал Фрай.
Мистер Скейл пожал плечами.
- Судя по размерам, он мог бы вместить человека средних параметров. Обратите внимание на ручейки. Возможно, они являются естественными осадочными образованиями, но вполне могли служить для направления потока крови. Человек, который продал его нам, утверждает, что он был найден в районе, где находится несколько необычных скальных образований. Вопрос о том, действительно ли коренное население Виссарийского округа практиковало человеческие жертвоприношения, остаётся в лучшем случае спорным. И всё же от стола исходит волнующая аура, согласитесь? Мы заплатили за это щедрую сумму.
