Нуменор. Остров под Звездой. Новое королевство людей, давшее им шанс начать все сначала. Это место захватило меня полностью и навсегда стало моей настоящей любовью. Люди, которых я так презирала, дали мне то, что не смогли дать эльфы — интерес к жизни, даже в жизни после смерти. С виду Нуменор был идеален, как эльфийский город, но людские интересы, привычки, страсти, все это так отличалось от нашего! У людей было в запасе совсем немного времени, и они старались его использовать как можно интереснее. Затаив дыхание, я следила за разнообразием людских судеб. Фрейлина королевы бежит ночью на свидание с капитаном королевской стражи. Король Элрос Тар-Миньятур, бывший некогда одним из нас, сосредоточенно изучает эльфийские рукописи. Прислуга распевает не совсем приличную песенку, стирая белье в реке. Я волновалась за озорного мальчишку, свалившегося с пристани в море, радовалась за фермера, удачно продавшего свой урожай. И гордилась своей тезкой, несостоявшейся королевой Сильмариэн. Пусть трон и не стал ее, однако она была достойной женщиной, много сделавшей для жителей Нуменора. Вид кольца Барахира заставил меня поморщиться, но как же я гордилась этой девочкой! А как она была красива! И однажды, по прошествии многих лет наблюдений за людьми и их миром, я спохватилась, что все мои мысли за последние (сколько уже прошло?) лет, совсем не похожи на мысль прежней Сильмариэн. Я полюбила Нуменор, полюбила людей. Теперь, понаблюдав за множеством разных жизней, я поняла, что каждая из них бесценна, а мои поступки… они были непростительны. А моя боль… ее давно больше не было! Я была свободна!
— Эй, Эарендил! — крикнула я, высунувшись из окна. Впервые за долгие годы я испытывала потребность с кем-то поделиться, с кем-то поговорить. Сегодня мне не хотелось быть только наблюдателем. Эарендил, каждую ночь ненадолго проплывавший мимо моего окна, таков уж был его путь, был еще достаточно далеко, но когда он приблизился, я увидела, что выражение его лица довольно кислое.
— По правде сказать, я удивлен, что ты назвала меня просто по имени, — наконец ответил он.
— Прости меня, Эарендил, за то, что оскорбляла тебя, но теперь все изменилось! Я теперь другая! — радостно воскликнула я. — Я больше не испытываю ненависти к твоему народу!
— Очень рад за тебя, но ты все равно Морготова приспешница, — заявил человек и двинулся дальше.
— Неправда, теперь все не так! Скажи, каково быть человеком? — задала я сразу интересующий меня вопрос.
— Тебе бы не понравилось, — был ответ, а потом он покинул меня.
Раньше я ненавидела Эарендила за то, что он, как мне казалось, разрушил весь мой мир. Поплыв в Валинор, этот человек спровоцировал Войну Гнева. Пал Мелькор, пол-Средиземья ушло под воду, погибшим не было числа. Но теперь я видела каким потрясающим стал новый мир без угрозы войны, без вечно дымящихся вершин Тангородрима. Этот мир был чудесен, и во многом он стал таким благодаря Эарендилу. На Арде наступил настоящий золотой век. Одного я не понимала…
— За что Валар тебя так наказали? — крикнула я на следующий день, но он не ответил и просто проплыл мимо.
День за днем я пыталась заговорить с Эарендилом, но он не откликался. И однажды я потеряла надежду. И мне снова стало грустно.
— Прости меня, — опустив голову тихо сказала я. — Больше я тебя не потревожу.
К моему удивлению Эарендил остановил свою лодку возле моего окна.
— Чего ты добиваешься, Сильмариэн? — просто спросил он. — Ты приспешница Моргота, и мир никогда тебя не простит.
— Я знаю, — ответила я. — И я на это не претендую. Сидя здесь, я не смогу сделать ничего хорошего для этого мира, как-то искупить свою вину. Но с тобой я хотела бы просто поговорить.
— Человеком быть также, каково быть и эльфом, — помолчав, ответил Эарендил. — Разница лишь в том, что мы быстро и внезапно смертны. Многие люди думают, что вы, Эльдар, холодны и бесчувственны, почти живые статуи, но я знал и вас, и людей, с самого начала жизни и понял, что это не так. Те же страсти, те же сомнения, разницы нет. Будучи человеком, тяжелее лишь все успеть.
— Но теперь ты имеешь вечность, — возразила я.
— Да, — согласился человек и, развернувшись, уплыл, оставив меня в недоумении. Неужели я сказала что-то не то?
Да, моя боль, обида и злоба ушли, но взамен им пришло кое-что страшнее.
— Я сожалею, что так поступила с Маэглином и Гондолином, — начала я наш следующий разговор. — Я понимаю, сколь ужасное действие я сделала, сколько всего я разрушила.
— Ты разрушила город и загубила множество жизней, — сурово отрезал Эарендил. — Называй вещи своими именами, Сильмариэн.
— Я сделала это лишь для того, чтобы спасти наши с Гортхауром шкуры, — ответила я, — и теперь сожалею об этом. Лучше бы я была тут уже тогда и не имела бы никакого отношения к разрушению Гондолина.
— Город пал во многом по твоей вине, — Эарендил не щадил меня. — Но, я вижу, теперь ты относишься к этому совсем по-другому.
