— Теперь я очень сожалею об этом, — я спрятала лицо в ладони. — Раньше тоже сожалела, но не так. Намо был прав, я прожила недостойную жизнь, хотя она была и интересна, и полна событий. Я всегда буду говорить, что в Ангбанд я попала не по своей воле, но не стоило мне становиться одной из них.
— А как же твоя любовь? — прямо спросил человек. Я подняла на него взгляд.
— Моя любовь яйца выеденного не стоит. Я не видела Гортхаура уже много лет, не знаю где он и, кажется, даже не скучаю. В конце концов, забыла же я его тогда, в Дориате, когда вместо него у меня были и друзья, и семья, а потом за мной стал ухаживать Трандуил…
Невежливый кашель Эарендила ясно дал понять, что ему не интересно слушать подробности моих глупых любовных дел.
А может, я все еще люблю его… Просто отвыкла.
— Ты изменилась, — просто ответил Эарендил.
— Скажи мне, а сколько уже прошло лет? — задала я давно мучивший меня вопрос. — Тут время движется по-другому, чем на Арде, а начало моего пребывания здесь я помню очень смутно.
— А вот этого ты никогда не узнаешь, — и он снова уплыл, не ответив на тот вопрос, который я собиралась задать следующим.
— А как же ты? — наконец спросила я на следующий день. — Твоя любовь пошла за тобой на край света. Ты счастлив? Когда-то давно я спрашивала за что Валар наказали тебя вечными странствиями. Теперь я хочу спросить по-другому: как ты относишься к своему уделу?
— Да, я счастлив, — сухо обронил Эарендил, и у меня создалось впечатление, что не все так просто. — Я путешествую с Сильмариллом на борту. Заметил, что ты ни разу на него не взглянула. Нетипично для кого-то из семьи Феанора.
— Что на него смотреть, на проклятый камень! — вздохнула я. — Сильмариллы погубили всех моих братьев. «Ты прекраснее Сильмариллов. Они всего лишь холодные камни», — вспомнилась мне записка, которую я получила когда-то сотни, а может и тысячи лет назад, и я невольно вздохнула. Для кого-то я была четвертым Сильмариллом.
Годами мы беседовали с Эарендилом. Он рассказал мне, что из обитателей Чертогов Мандоса он видится не только со мной, но никогда не говорил об этом подробнее. Я должна была наблюдать лишь за Средиземьем. Чертоги меня не касались.
От постоянных наблюдений и общения с Эарендилом я была почти что спокойна и счастлива. Единственным, что меня беспокоило были муки совести, но они не длились бесконечно, и в минуты спокойствия я благоденствовала. Но однажды я поняла, что минуты спокойствия становятся все короче. Я рассказала об этом Эарендилу.
— Знаешь, мне страшно хотелось бы все исправить, но я знаю, что это невозможно, — говорила я. — И меня очень это тревожит. Мое тело практически бесплотно, но ум и душа почти на пределе. И я знаю, что ничто не положит этому конца.
— Есть один выход, — ответил человек. — Сады Лориэна.
— Поступить как бабушка Мириэль? — испуганно воскликнула я. — И проспать до конца мира? Туда вообще можно попасть не из Валинора, а отсюда? Это слишком страшно для меня, — грустно закончила я.
— Но есть еще один вариант, — и Эарендил впервые улыбнулся мне. — Но я расскажу о нем позже.
— Подожди, расскажи сейчас! — воскликнула я. — Ничто не может быть страшнее вечного забвения в Садах Лориэна.
— Я не могу остаться, — Мореход вскочил в свою небесную ладью и умчался прочь, оставив меня в раздумьях.
Нет, Сады Лориэна я оставлю на тот случай, если мои терзания будут совсем невыносимы.
Эарендила не было несколько дней, и я уж начала беспокоиться, и без того измучив себя постоянными раздумьями. А когда он вернулся, я получила от него еще более неожиданное и пугающее известие.
— К сожалению, сегодня мы видимся в последний раз, — объявил человек, еще до того, как я успела спросить, где он пропадал.
— Но почему? — я была удивлена и расстроена. — Тебя переводят на другой край неба? Или Валар решили, что мы с тобой состоим в каких-нибудь недопустимых отношениях, что вообще невозможно, ты же человек, уж не говоря о том, что у меня практически нет тела!
— Остановись! — оборвал меня Эарендил. — Ты, как всегда, думаешь только о самом худшем. А должна думать о лучшем. Кое-кто хочет увидеть тебя прямо сейчас. А мне пора.
— Постой! — я схватила его за руку. Впервые за все эти годы я прикоснулась к кому-то живому. — Ответь на мой давний вопрос!
— Хорошо. Сильмариэн, пойми, меня устраивает та жизнь, которую я веду здесь, я не ропщу. На все воля Валар. Я могу видеть Элвинг, и у меня есть миссия. Я счастлив быть здесь. Я выбрал удел эльфа, но я человек, и я человек, который много сделал для мира. Не понимаю, почему ты все это время считала, что мне не нравится жизнь, которую я веду.
— Но ты никогда не говоришь о себе и выглядишь слишком…
— Холодным? Отстраненным? Несчастным? Ты неверно все истолковала. А задачей моей было говорить не о себе, а о тебе.
— Задачей? Я не понимаю…
— Прощай, Сильмариэн, — Эарендил дотронулся до моей руки. Иногда общение с тобой было настоящим удовольствием.
Я грустно улыбнулась.
— И с тобой. Я буду скучать.
Я наблюдала, как человек залезает в свою ладью и продолжает движение по небесному склону.
