– Только то, что она секретная и высокооплачиваемая.
– А где располагается офис, он вам говорил?
– Только то, что в Невском районе. Думаю, на Правом берегу.
– Почему?
– Он всегда выходил из дома в половине девятого. Чтобы к девяти добраться туда, нужно примерно полчаса. Хотя… Невский район большой, может, и где-то в другом месте.
Учитывая то, что мы с Катей недавно открыли, я постаралась вспомнить тот разговор как можно подробнее. Похоже, главным в той парочке был мужчина покрепче, именно он вел разговор.
– Ввиду секретности нашей работы, – сказал он, – мы не сможем появиться на похоронах, но обязательно пришлем венок.
– Спасибо, – пробормотала я.
– И еще, – добавил он. – Если вы не возражаете, мы навестим вас после похорон. Нужно кое о чем поговорить, но сейчас не время. – Я кивнула. – Если же кто-то будет интересоваться Жениной работой или вообще заметите что-то подозрительное, то позвоните мне.
Он протянул карточку, на которой было указано имя: Валентин Иванович и номер телефона. Больше никакой уточняющей информации. Эта карточка до сих пор хранится в верхнем ящике Женькиного письменного стола, я ей ни разу не воспользовалась.
Женькины сотрудники слов на ветер не бросали. На похоронах действительно таинственным образом появился венок от сотрудников, затмивший своей роскошью все прочие. А народу собралось больше, чем я ожидала. У Женьки не было друзей, зато было много родственников. У меня наоборот. Из родственников были только тетя Аня, постаревшая, но еще крепкая, и ее дочь. А вот друзей набралось немало. Рита постаралась, собрав почти весь наш курс. Ну, и, конечно, мои школьные подруги.
Через несколько дней после похорон появился Валентин Иванович в сопровождении безымянного спутника. Поскольку никто Женькиной работой не интересовался и ничего подозрительного я не заметила, то вроде бы разговаривать было не о чем. Но у них имелись свои планы. Они были немногословны, но свои мысли выражали так четко и доходчиво, что никаких вопросов не возникало. Этим они напомнили мне Женьку. Во главе всего стояла секретность. Они боялись любой утечки информации. Мол, мало ли, Женя взял какие-то материалы для работы дома, да так и не успел вернуть. Я сказала, что все, что может быть связано с его работой, хранится в его столе, и открыла дверь в спальню. Увидев широкую кровать, они переглянулись. Я усмехнулась.
– Да, спальня и кабинет совмещены.
– Странно. Неужели он не мог купить квартиру побольше?
– Нас и эта устраивала, – буркнула я.
В ящиках стола было полно всяких флэшек и жестких дисков.
– Вы не возражаете, если мы все это заберем?
Наверное, с моей стороны было легкомысленно отдавать что-либо неизвестным людям, ведь они мне никаких документов не предъявляли, но в тот момент я еще не отошла от похорон, да еще находилась под гипнозом слова «Секретность». Женька окружил свою работу такой тайной, что я боялась туда соваться. То, что он мог заниматься какими-то неблаговидными делами, мне и в голову не приходило. Его ноутбук они тоже прихватили, предложив возместить его стоимость, но я отрицательно покачала головой. Женька любил свою работу, и мне не хотелось, чтобы из-за его смерти она пострадала. Оказалось, что моим визитерам и этого мало. Они хотели осмотреть всю квартиру, другими словами, обыскать. Поначалу все во мне воспротивилось, но потом я решила, что, сказавши «А», нужно сказать и «Б». Я ведь разрешила им осмотреть Женькин стол, так почему бы и все остальное не осмотреть? Мне скрывать нечего. В то, что Женька мог украсть какую-то информацию у своего работодателя, я не верила. А если что-то взял для работы, то наверняка положил в стол. Но у помешанных на секретности свои тараканы в голове.
– Значит, обыск? – недружелюбно осведомилась я.
– Нет, всего лишь осмотр, – не слишком убедительно возразил безымянный тип. – Ели вы возражаете, мы сразу уйдем.
– Обыскивайте. Только Женька вряд ли что-то прятал, не такой он был человек.
Они покивали головами, но тут же вызвали помощников. Те появились так быстро, что я подумала, будто они ждали возле подъезда. Теперь, зная, где находится офис, думаю, они примчались оттуда. Я настояла на том, чтобы при обыске присутствовала Марта, объяснив это тем, что она лучше знает, где что лежит. Они переглянулись, но возражать не стали. Только спросили:
– Она надежный человек?
– Вполне.
– Не хотелось бы, чтобы об этом эпизоде кто-нибудь узнал. Вы понимаете?
– Понимаю, – усмехнулась я, – секретность.
– Вот именно.
