Кэролайн грозно складывает руки на груди, — Вообще-то, да, интересно, — с явной ноткой недовольства все-таки отвечает она.
— Поверь, это очень увлекательная история, — уверяет Ханна, — Началась она с того, что ты законченная эгоистка, а закончилась тем, что Бонни бесполезная ведьма, которая не умеет творить заклинания, — поймав хмурый взгляд ведьмы, она показательно приподнимает бутылку, как-бы чокаясь и делает несколько щедрых глотков обжигающего напитка.
Кэролайн издает нервный смешок, — И что это значит? — Спрашивает она с деланным спокойствием, таким же фальшивым, как и ее улыбка.
Ханна безразлично пожимает плечами, — Как минимум, то, что скоро меня можно будет хоронить в открытом гробу, из-за того, что Эбби Беннет сбежала и не смогла сделать из своей дочери нормальную ведьму, — непринужденно говорит она.
Тайлер неприятно морщится, — Обязательно быть такой грубой?
— Заткнись, Локвуд, — грубо кидает Ханна.
Кэролайн на секунду замирает. Вздыхает. Неверно облизывает губы и, окинув всех присутствующих быстрым взглядом, аккуратно смотрит на сестру, — Мы можем поговорить наедине? — Ровно спрашивает старшая Форбс.
Ханна не сдерживает веселого смешка. Зальцман подходит к Кэролайн раньше, чем та успевает ей что-либо ответить, грозно смотря на нее с высоты своего роста, — Вы должны сказать, что вы сделали, — строго произносит он, — Должны сказать, что это за заклинание, потому что… — Ханна устало вздыхает, лениво обрывая его.
— Потому что Мистер Зальцман думает, что это правда может помочь, — договаривает она, отпивая еще немного бурбона.
Кэролайн поднимает на Рика вопросительный взгляд, — Может помочь с чем? — Беспокойно переспрашивает она.
— С тем, чтобы не выбирать мне гроб накануне Дня Святого Патрика, — незатейливо отвечает Ханна, с упоением ловя эмоцию ужаса, что неизбежно расцвела на лице сестры, — Да, Кэрри, именно так, — тягуче-сладко протягивает она, — Оказывается, у действий есть последствия. представляешь? — Усмехается девушка. Она возводит наигранно-задумчивый взгляд к небу, — В письме Шарлотты Бронте, одной из моих любимых писательниц, я прочла такие слова: «С врагами я сама справлюсь, но избавь меня, Боже, от друзей», — интригующим шепотом цитирует Форбс. Она опускает на Кэролайн веселый взгляд, — Интересно, относится ли это к членам семьи…
Тайлер мнется, выпрямляется, неуверенно смотря на девушку, — Что именно с тобой… — Наровится спросить он, но блондинка прерывает его, так, словно даже не услышала.
— Мне вот что интересно, — уклончиво начинает она, — Стефан, — легко улыбаясь, Ханна любопытно складывает руки за спиной, корпусом разворачиваясь к вампиру. Он всем телом напрягается, складывает руки на груди, взгляд его становится внимательным, наблюдающим за каждым движением девушки, — Вопрос, — она медленно подходит к нему и встает почти вплотную, — Мы здорово сохраним друг другу время, если будем говорить правду, разумеется, — Форбс издает короткий смешок, — Неужели ты снова подался в альтруисты и согласился помочь побыть моей радионяней?
Сальваторе медлит. Пристально смотрит на девушку. Он едва заметно кивает, — Я хотел помочь тебе, — спокойно соглашается парень.
Форбс просяще склоняет голову набок, — И-и-и? — Интригующе протягивает она.
Стефан медлит. Испытывающе смотрит на блондинку, но та не уступает, упорно смотря в ответ, — И прерогатива трахнуть «девочку» Клауса, после всего, что он сделал, казалась весьма заманчивой, — ровно отвечает он. Кэролайн рядом пораженно ахает.
Ханна победно улыбается, выпрямляясь, — Спасибо за честность, Стеффи, — медленно кивает в такт своим словам она, — Я правда ценю это, — наигранно-серьезно произносит она.
Прищурившись, Рик шокировано качает головой, смотря на Сальваторе, — Ну ты и придурок, Стефан, — ядовито выплевывает он.
Кэролайн равняется с сестрой, — Как ты мог? — Непонимающе спрашивает она.
