Это была первая операция командования рейха, в которой большую роль играли все три вида вооруженных сил: армия, флот (в том числе и подводный) и авиация, поэтому организации взаимодействия разных родов войск придавалось важное значение, в силу чего впервые была предпринята попытка создать единое руководство всеми подразделениями армии и флота. Но, как утверждали участники в своих мемуарах, общее руководство операцией было фикцией: фактически морскими силами в операции управляло командование морских сил, а авиацией – штаб военно-воздушных сил. Высшее руководство продолжал осуществлять («по традиции») Генеральный штаб вооруженных сил, а генерал фон Фалькенхорст командовал только на суше. Эта «недосогласованность» произошла потому, что до начала Второй мировой подобная организация в вооруженных силах Германии не отрабатывалась, и к тому же каждый род войск стремился добиться для себя «исключительного» положения. Подводный флот, на который впервые возложили «большие надежды», их, несмотря на героические усилия немецких подводников, не оправдал…
В ходе операции подводные лодки сделали восемь рейсов для перевозки боеприпасов, авиационного бензина и других видов снабжения в норвежские базы, занятые немецкими силами и блокированные с моря английским флотом.
Статистика такова: в Норвежском и Северном морях в боевых действиях участвовало сорок немецких подлодок (I серии – 2, II серии – 22, VII серии – 11, IX серии – 4 и UA (бывшая турецкая «Батирай»). Итогом их действий явилось потопление всего пять кораблей противника: U-59 потопил 6 апреля норвежский транспорт «Наварра» водоизмещением 2118 тонн, U-4 потопил 10 апреля британскую подводную лодку «Тисл» водоизмещением 1090 тонн, U-34 потопил 13 апреля норвежский минный заградитель «Фрёйя» водоизмещением 595 тонн, U-13 17 апреля уничтожило британский транспорт «Суэйнбай» водоизмещением 4935 тонн и U-26 21 апреля пустил ко дну британский транспорт «Сидербэнк» водоизмещением 5159 тонн.
Можно также отменить успехи подлодки U-37, которая не участвовала в операции «Везерюбунг», но действовавала в Норвежском море. Она потопила в общей сложности три транспортных судна противника общим водоизмещением 18 715 тонн.
Но при этом командование подводным флотом потеряло во время проведения операции четыре субмарины: U-1 и U-50 (5 апреля), U-64 (13 апреля) и U-49 (15 апреля).
В итоге цена за потопленные вражеские суда оказалась слишком высокой, а само участие подлодок в Норвежской операции наглядно продемонстрировало их малую эффективность как для обеспечения действий немецких войск в самой десантной операции, так и отражения атак надводных кораблей противника во время наступательных действий. Но командование ВМФ рейха списало неудачи немецких субмарин на технические дефекты используемых ими торпед (что на самом деле было одной из причин неудач) и в дальнейшем продолжало использовать свои субмарины при проведении подобных операций.
«Стрелочниками» оказались разработчики и производители торпед и работники военной приемки, давшие «добро» на использование этого «непригодного оружия». Бюрократический механизм Третьего рейха принялся за поиск «внутренних врагов» и «недобросовестных» работников, предавших интересы фатерлянда.
По словам Дёница, результатом многочисленных отказов торпед стало то, что «главнокомандующий ВМС Редер приказал 20 апреля создать комиссию по расследованию причин неудовлетворительного действия торпед. Кроме уже известных причин несрабатывания торпед, комиссия установила, что большинство отказов происходит вследствие весьма существенных недостатков в конструкции ударного механизма торпед: боек ударника слишком короток и, кроме того, капсюль-воспламенитель первичного детонатора сгорает слишком быстро. Комиссия установила также, что ударник не срабатывает при угле встречи торпеды с целью менее 50 градусов («Журнал боевых действий штаба подводных сил», 15 мая 1940 г.). Ударник же был сконструирован в расчете на срабатывание при угле встречи, равном 21 градусу, так как на практике очень часто угол встречи бывает меньше 50 градусов из-за обтекаемости обводов корпуса, а также вследствие маневра уклонения корабля от торпеды.
Принимая во внимание выводы этой комиссии, главнокомандующий военно-морскими силами издал документ, в котором говорилось следующее:
«1. В связи с неудачной стрельбой торпедами G7а и G7е в ходе норвежской операции я приказал произвести расследование для выявления причин отказа торпед и определения степени виновности лиц, ответственных за их изготовление.
2. Расследование показало, что главными причинами отказа торпед явились следующие недостатки их конструкции и проверки перед сдачей на корабли:
а) у торпед G7а и G7е точность хода по глубине не соответствует формулярным данным боевых торпед;
б) магнитный взрыватель имеет ряд технических дефектов; ударный взрыватель не отвечает необходимым требованиям;
