— Или вот другой пример. Местный пьяница, проломлен череп. Нашли пока еще кровь не успела засохнуть, а рядом хибара постоянных собутыльников. Мы, естественно, начали искать ответы именно там. Пара дружков уже говорить ели могли, но клялись всем чем успевали что о товарище они ни слухом, ни духом. При этом, прямо перед столом красуется огромное мокрое пятно и осколки стекла, а в углу стоит какой-то там хозяйственный инструмент весь в крови. Очевидно, бедолага недонес священный сосуд, за что поплатился жизнью. В итоге: мотив есть, доказательство есть, виновные есть, а значит и кого на шибеницу отправить — есть. Люди довольны, ведь считайте три трупа и никого не жалко. Почти что праздник для простолюдинов.
Наступил еще один перерыв на еду. Котар снова ел очень медленно, словно знал, что Ваэлю сказать нечего, но узнать, чем рассуждения закончатся, таки интересно.
— Что общего в обоих случаях, так это то, что я всегда знал, как поступить справедливо. Но бывают случаи, когда всё далеко не так однозначно. Вот мне всегда было интересно, как справедливо поступать с профессиональными убийцами, например с кошмарами, – он перестал говорить и посмотрел Ваэлю в глаза явно выжидая какой-либо реакции. Через мгновение с досадой в голосе продолжил. – Смотрите сами, когда разгневанный бондарь мстит за свою дочь, его можно оправдать и постараться закрыть глаза на столь казалось-бы страшный поступок. А вот когда он для этого нанимает кого-то другого? В таком случае, оправдывает ли справедливость убийства его исполнителя, ведь он, там условно говоря вообще не при чем, и мотивы его лежат лишь в плоскости банальной корысти. А как поступить с заказчиком? Кто из них более виноват, тот кто взносит клинок или тот, кто за это платит и направляет? Имеет ли значение вина жертвы, если наемник действует исключительно ради наживы?
Котар снова замолчал и Ваэль заметил, что тарелка его уже пуста. Оба помощника за дальним столиком пристально следили за ними. Кажется, занятная трапеза близилась к завершению и Ваэль небрежно спустил руки на пояс, поближе к кинжалу.
— И что же вы для себя решили, господин Котар? – в вопросе четко прозвучал вызов.
Человек наклонил голову и взглянул исподлобья отчего еще сильнее стал походить на нечто неживое. Особой неестественностью в его мрачном образе выделялись ярко голубые глаза. Такой цвет отлично подошел бы той девице, которую Ваэль встретил по прибытию «Осень», но у человека с настолько бледной кожей, и с настолько черными волосами он явно ни к месту. Словно зная об этом недоразумении, он старался придавать своему взору всю хищность, на которую только был способен человек. С его лица спала улыбка.
— Я решил, — он поднял кинжал со стола и вытер его своим платком. – что нужно еще немного подумать над этим. Приятно было познакомиться Ваэль. Думаю, мы еще непременно увидимся. До встречи, – надев перчатки и спрятав оружие, человек покинул «Осень». Его спутники отправились за ним после того, как внимательно осмотрели всё вокруг.
Как только за странной компанией захлопнулась дверь Ваэль тяжело выдохнул и расслабленно раскинулся на стуле.
— Да уж, пронесло, – девушка за стойкой ставила кочергу обратно к печи. Интересно, а за кого была она?
— И часто к вам градоначальники заглядывают? – через плечо поинтересовался Ваэль.
— Я этого типа и его дружков первый раз вижу. А я в Глодвине родилась, и всех больших людей наизусть помню.
Любопытная шайка стала выглядеть еще загадочней. Как кто-то смог выйти на след Ваэля если он у Фальдеев даже сделать ничего не успел? Откуда узнали, что он здесь? Почему просто так отпустили? А главное, имеет ли наставник Тарсар к ним какое-то отношение?
Слишком много загадок, но зато наверняка ясно что в Глодвине задерживаться надолго не стоит, нужно отыскать Ларио Дравене и заканчивать здесь со всем.
В «Осень» вошел Остиг, по своему обыкновению громко на кого-то ругаясь.
— А все, потому что жадность у них такая что горло уже душит, а они гребут и гребут. Подлинные скотины же! И как их только…О туда ж меня! Верэль! То есть Виаль! Виаль ведь, да?
— Ваэль.
— Ах да, Ваэль! Ты меня прости, котелок то у меня тугой на имена, да и годы мои уже, эх! Илена, тащи пиво!
— Благодарю, но я уже, – Ваэль потряс пустой бокал.
— Ты уже только считай горло промочил, а сейчас я тебе за встречу Маргельского налью, такого ты еще не пробовал. Никаких нет я слушать не буду, сиди и жди. Илена, принеси-ка нам греночек, да чесночка с четыре зубчика. И рыбки! Ух!
— Остиг, я ведь, всего-навсего…
— Я же говорю, ничего слушать не стану даже не начинай. О! А как насчет после Маргельского пива еще чего-нибудь покрепче, а?
Остиг еще в дороге говорил, что его маленькая таверна: «дивное дело, стоит хоть раз наведаться и не забудешь вовек, особенно если сможешь запомнить сам вечер». Первый визит в «Осень» очень походил на то, что он был прав.
