На подостланном фарфореИ на лыжах костяных,Весь в серебряном убореИ в каменьях дорогих,Развевая бородоюИ сверкая сединою,Во сафьянных сапожка́х,Между облаков коральныхРезвый вестник второпях10 Едет из светлиц кристальных,Вынимая из сумыОбъявленье от Зимы:«Чтобы все приготовлялись,Одевались, убиралисьК ней самой на маскерад;Кто же в том отговорится,Будет жизни тот не рад.Или пальцев он лишится,Или носа, или пят».20 Все тут вестника встречают,Кто с усмешкой, кто с слезой,Резвых бегунов впрягают,Одеваются лисой,Наряжаются волками,Иль медведем, иль бобрами,—Всяк согласно с кошельком.Вестник тут же для приманы,Занимаясь торжеством,Даром раздает румяны30 И бурмицким жемчуго́мНижет бороды широки;И на теремы высокиВкруг покрышек тесовыхЦепит бахромы алмазны;А на улицах большихСтавит фонари топазныВместо фонарей простых. Едет барыня большая ,Свистом ветры погоняя,40 К дорогим своим гостям;Распустила косы белыПо блистающим плечам;Красоты богини зрелыВолновали кровь во всех,И румянец — вид утех,Щиплющий рукою алой, —На щеках и стар и малыйС восхищеньем ощущалИ движеньем оживлял50 Дух унылый, непроворный.Но заразы благотворны,Хоть равно ко всем лилисьИ ласкали одинако,Не подумайте, однако,Чтоб нескромные вилисьКруг ее неосторожно:Было дело невозможно —Подойти к зиме слегка;Кто же так и похрабрился,60 Нелегко тот расплатился,Став пред ней без языка.Тут боярыня гулялаМеж топазных фонарейИ различно забавлялаРазны сборища людей.На окошко ль взор возводит? —Вдоль стекла растут цветы.Ко реке ль она подходит? —Стлались зе́ркальны мосты.70 Лишь к деревьям обратилсяЧудной сей богини взор — Красно-желтый лист свалился ;В бриллиантовый уборОблеклись сады несметны,И огонь их разноцветныйУкрашал весь зимний двор;А притом чтоб общий хорПо черте забав катился,Чтоб от шуму он не сбился, —80 Пух блистающий ложилсяВдоль по улицам, как сор.Как с утехами такимиВсем веселыми не быть!Мы и с скрыпками простымиЧасто любим позабытьНашу должность и присягу,Недописанну бумагу.Можно ль всё в порядке жить?А таким денькам приятным,90 Маскерадам благодатным,Как порядка не вскружить?По домам уже блистаютИ по улицам огни;Все в нарядах разъезжают,Пляшут в горницах одни,А на улицах другиеБез музы́ки, где иныеВ рукавицы золотыеБьют во славу зимних дней.100 Между пряничных сластейСладки вины ароматныСквозь упитанных очейКажут жребий благодатный.Посреди утех, отрадСтарый с временем смирился,К молодечеству стремилсяСквозь туманный винный чад;Он и годы забывает,Нову бодрость изъявляет,110 Теплой шубою укрыт,И проворною походкойЗа румяною молодкой,Подрумянившись, спешит.В празднествах таких богатыхКак любви не побывать?Иль служанок ей крылатыхКак гулять тут не послать?Полетели в харях разныхПо следам путей алмазных120 На залетных бегунахОбщи красоты в санях;Лишь крутили за собоюСнег блистающий столбом,И стези златой чертоюОзначалися потом.В разновидном все нарядеСуетились в маскераде,Как весеннею поройНа цветах пчелиный рой.130 Но что лучшего тут былоИ к блаженству что клонило, —Право, мудрено сказать;Как так, кажется, прельщать?Вместо стрел любовных страстныхУ предметов сих прекрасныхБыли стрелы без огня,Как простая головня;Они головни бросали,Как могли, так и пятнали140 С ними празднующу знать.Я, однако, не дерзаюВсё сие подобить раюИ в картине начертатьЗаразительниц сих страстных.Хладных стрел, следов опасныхНе могу я описать.До́лжно быть перу златому,Чтобы случаю простомуВид достойный словом дать.150 Да нельзя же и смолчать,Как одетый хват зефиромСтал смешон пред целым миром;Он был строен и казистИ от стрел, как трубочист,Страстной почернел чахоткой,Журавлиною походкойОн летел за красотойИ монетой золотойВид приманивал прекрасной.160 Вдруг потом бедняк несчастныйСредь приятной речи страстнойСовершенно стал немой.Он наказан был зимойЗа проступок, что портнойБедному сему зефируШтофный домино скроилПо зефирову мундиру,Что в Париже он носил.Между тем любовь, гуляя170 По узорчатым коврам,Только кудри завиваяИскусительным красам,Стрел, однако, не пускала:Она стрелы сберегалаИ готовила для тех,Кто для истинных утех,Во светлице небогатойСидя в дружестве кружкомС истинным прямым лицом,180 Страстна сердца дух крылатыйОтдавал судьбе в залог.,Чьею быть кому женою;Там любови хитрый богТолковал в ушко уборно,Будет кто кому жених;Иль опять в забаву их,Возлетя в луну проворно,Сходство в ней изображал190 Жениха девице красной;Иль предмет навстречу страстныйК красоте он высылал;Но и сам, быв в детских летах,Занимался он в приметах:В изголовьях пышных он,На которых сладкий сонКрасоту ласкал, покоил,Из златых лучинок строилПредсказательны мостки,200 Чрез которы б женихиЗреть невесту приходилиИ во сне бы ей твердилиБлагодать замужних дней.Или жаром оживленныйАроматный воск священныйЛил он в воду перед нейИ в чудесных там узорахМысли девичьи водил,Что с ней сбудется, твердил210 В бессловесных разговорах;Иль крылатый коноводЗанимал собой народ,Ходя с блюдом в громких хорах,В блюде кольцами гремелИ припев старинный пел,Где российские забавыНе кончалися без славыУ затейных стариков:В именах их помещенну220 Славу искони вековИ делами впечатленнуВ песнях всякий величал;Всяк преемник быть желал,Внемля пению священну,Славных званий, славных дел,Кто и слышал, кто и пел.Ну, теперь, мой друг читатель!Сам признайся ты со мной:Не ошибся ль тот писатель,230 Кто сказал, что век златойНа бессменных вешних крыльяхСверх молочных рек летал?И не сам ли ты видал,Как в России на копыльяхСтоя век златой езжалИ вожжами управлялОн судьбы своей гуляньи?Как во сером одеяньи,С кудреватой бородой,240 Грудью твердой и нагойВ зимни резкие сияньиС ног лихой мороз сшибалИ природу удивлял,Крепким здравием блистая,В честь которого пылаяКровь играла на щеках;Как еще и ныне видноСчастие сие завидноВ дальних русских деревнях.250 Что ж теперь у нас в краях?Все зимою устрашенныИ в зверей переряженны,Мерзлым духом перед ней, Как лисица-кознодейТруся, нехотя толкутся,Ропщут, корчатся, мятутся,—Не дивись, читатель мой.Сверх того, что и судьбой,Общей и необходимой,260 Должен всякий век златой,Роскошью везде крушимый,В старых летах умирать,—Наш пришел нам не под статьСредь годов его молочных.Мы без правил здравых, прочныхСтали нежить век, ласкатьИ его лишь изнурять;Не желая укреплятьЗдравые младенца члены,270 Для работы сотворенны,Мы его прервали дни.Сами ж, роскошью плененны,Побросались в западни:Поскакали в дальни страны,Побросали там кафтаны,Наши мужественны станы Обтянули пеленой ;Детски головы вскруженны,Преждевременной порой280 Скрасив ложной сединой ,Возмечтали, что вселенныОвладели мы красой.Разумом чужим надулись;Как былинка под сосной,Не росли, но лишь тянулись.Что же русский стал потом?В истощенном теле бледном Русский стал с чужим умом ,Как бродяга в платье бедном290 С обезьяниным лицом;Он в чужих краях училсяТаять телом, будто льдом;Он там роскошью прельстилсяИ умел совсем забыть,Что не таять научатьсяДо́лжно было там стараться,А с морозами сражатьсяИ сражением мужатьсяВ крепости природных сил.300 Счастья тот лишь цену знает,Кто трудом его купил, —Прямо тот его вкушает;Но приятный солнца ликЛишь в любимый край проник,Удивляясь, что такаяСделалась премена злаяВ русских северных сынах,Дал приказ свой в небесах:« Что понеже невозможно310 Вдруг расслабшим силы дать,То по крайней мере должноЗиму в ссылку отослать».В тот же час, как по наряду,Русским в некую отрадуЧто-то сталось в облаках!В превеликих попыхахСев на северном сияньеИ в престранном одеянье, Козерог слетел с лучом.[1]320 Искосившись декабрем,Вдруг на барыню седуюНапустил беду такую,Что ни вздумать ни взгадатьИ пером не написать.Бриллианты побледнели,Зачал трескаться фарфор,Бахромы с домов слетели,Приходил зиме позор.Белокосая царица,330 Чтоб помочь таким бедам,Умудрилась как лисица,Приказала по водамИз алмазов стать горам,Собрала мужчин и дамШлифовать их поскорея,Чтоб хоть с гору тут алмазИскусил претящий глазКозерога ей злодея;Но сей был еще мудрея:340 Лишь лучом ударил раз —Тотчас горы растопилисьИ водой простой катилисьС грозным шумом мимо нас.Тающа зима несчастнаПотеряла разум весь,Потеряла прежню спесь,Грусть и скука ежечаснаГнали зиму от людей:Без пустых тогда затей350 И без дальных прежних сборовИ без дальных разговоровПодобрав свой мокрый хвостИ расправив важный рост,О владычестве вздохнула,Поднялась было, вспорхнулаИ лететь хотела прочь:Но и крылья опустились.Что тут делать? Чем помочь?Все над ней смеяться стали,360 Все мундир ее бросали.Чтоб сокрыть конечно зло,Прятаться зиме пришло:Прежде подле стенки кралась,Опасаяся лучей,А потом с стыда скрываласьОт лучей и от людейТо под мост, то за горою,Под забором, под сосною,—Но предел ей наш был мал.370 Где ни взялся камчадал,Бывший в славном маскераде;Зиму видя там в параде,В нищете ее узнал;Он ни слова не сказал,Посадил ее на санкиИ из здешних стран споранкиНа оленях укатил —Благодарен, видно, был!Только всех тут удивляло,380 Что никто из нас нималоОб отъезжих не тужил.Не подумай ты, однако,Мой читатель дорогой!Чтобы счастье одинакоСоставляло век златой.Бриллиант перед глазамиОттого и льстит красой,Что он с разными огнями.И о зимних красотах390 Потому мы не жалели,Что красы иные зрелиВ русских радостных краях.Теплое лучей влияньеНам давало обещанье,Что алмазов голый видВ изумруды пременит.Благотворная их силаНам сулила новый свет,Переменой научила,400 Что всё к лучшему идет.11 декабря 1790
