О склонить курчавую голову над гладью беспредельного моряЧерное тело прими крещенье в белопенной купелипронесись по немой каменистой пустыне книгзамурованной в вечном глухом молчаниирастопить снега всего мира в своей ладонии припав пить и пить большими жадными глоткамиа горло стиснуто жгучей жаждой а в сердцеистерзанном взлетающей стаею сожаленийвластный призыв царственных пальм моей родинынеумолчные раскаты гулкого тамтамаслова тотемы везде под любыми широтамив них шепот тайн доступных ушам посвященныхястребы в поднебесье рисуют иероглифыродники поют журча колдовские песнив долинах не орошенных моими потом и кровьюя участник празднества мне дано отведать плодовчуждого дерева глубоки ли корни его я не знаючьи кости чей прах питают его живительным сокомне может дерево устремиться ввысь к небу и солнцуне ухватившись прочно корнями за материнскую землюне смочив своих стоп в подземной влаге могило эта жажда что стиснула мне пересохшее горлов сердце истерзанном взлетающей стаею сожаленийо этот властный призыв пальм моей родиныи немолчные раскаты гулкого тамтамако мне мои тотемы ко мне тотемы моего детствавсе вы спящие в потайных углах моей памятив красных тельцах моей крови и темных клеточках моей коживы залог святого союза между мной и мертвыми предкамивы свет закатного часа и вы обещанье зариснова у меня в руках ключи от волшебных сновслова тотемы везде под всеми широтамида будет утолена моя жажда прозрачностью ваших знаков<p>К маске</p><p><emphasis>Перевод Э. Ананиашвили</emphasis></p>
