Спустя несколько минут дверца распахнулась, и в комнату вышел знакомый охранник с ёжиком на голове. За ним следом — другой, похожий со спины на первого, но немного ниже ростом, тоже в чёрной кожанке и синих джинсах, а затем показался и сам босс.
Примечательные белые кудри и белоснежный, как чистый лист, классический костюм были забрызганы свежей, и, как подсказывало чутьё, человеческой кровью.
Хам встал, пошатываясь, изображая типичного гостя или жильца этого притона, и шагнул в сторону вышедших. На это никто не обратил внимания, кроме одного охранника, который лишь ухмыльнулся, видимо узнав лицо.
Выстрел. В замкнутом пространстве звук ударом кувалды отскочил от стен и оглушил Хама, но не смог остановить. И потому он дважды нажал на курок. Две пули: по одной в затылок секьюрити и одна в ногу боссу. Подумав мгновение, он всадил ещё несколько пуль в руки и ноги Серафима, опорожнив магазин. Спокойно подойдя к трупам, он вытащил у них оружие и снял с предохранителя один из пистолетов. Всё же Хам не был Клинтом Иствудом, а потому — только с одной руки и никак иначе. Серафим, подбитый в крыло ангел, выл, упав лицом вниз и расплываясь в луже собственной крови и, кажется, мочи. Женщина, которая секунду назад ловила наркотические приходы и составляла компанию Хаму в его засаде, вдруг завизжала, словно её начали энергично резать без всякого наркоза, но на этом вся реакция окружающих и ограничилась. Здесь все были под кайфом, под очень и очень серьёзной дозой. Хам знал, он и сам пытался найти себя в белом порошке. Оставив истекать кровью Серафима, он шагнул в новое помещение и замер. Здесь находилась даже не пыточная, а разделочная для людей. Крюки, ножи, иглы, различные колющие и режущие инструменты, а по центру мужчина на коленях с вырезанными глазами, вместе с веками.
Хам подошёл к нему и спросил:
— Ты хочешь жить?
— Да, — сдавленно произнесло существо, дрожащее от страха и боли. Оно начало молить: — Умоляю вас. Пожалуйста.
Кровавые слёзы потекли из глазниц.
— Ты похож на святого, — сказал Хам и перерезал горло существу. — Для меня никто не сделал подобной милости. Я продолжаю существовать, но тебе больше не придётся терпеть боль этого мира.
Затем он втащил тело Серафима внутрь комнаты и усадил его на одно из кресел, заранее включив видео на телефоне. Нужно было предоставить веские доказательства Бабе Яге.
— У тебя так много инструментов, — сказал Хам, глядя в глаза садисту. — Сегодня мы вдоволь повеселимся!
Он отключил медальон, чтобы Серафим смог сконцентрировать свой взгляд на нём.
— Нас ждут незабываемые часы, минуты, секунды и даже целая вечность.
Хам начал трансформироваться в тот момент, когда его лицо растянулось в довольной ухмылке, создавая эффект измятой старой тряпки, что вселило в Серафима первородный ужас. Изолирующая звуки дверца была уже закрыта, и никто не услышал крики, наполненные отчаянием и болью жертвы, которая совсем недавно была мучителем и палачом. Здесь не было места для добра, только для настоящего Зла.
Утро началось раньше обычного. Хама где-то не было, как и Лены, а меня поднял сам Марти.
— Сегодня у тебя есть задание. Опасное, — вместо доброго утра сообщил он, — но времени остаётся слишком мало. Мы не можем тянуть.
— Опять в Гарлем? — догадался я, не задавая вопросов о том, куда мы, собственно, спешим. Если времени мало, то нет смысла занимать его пустой болтовнёй.
— Верно. Сейчас ты выучишь одно заклинание, которое превратит тебя на некоторое время в нормального Неофита.
— И каков же будет откат?
— Неважно. Тебя подстрахует Лейтенант, — без заминки ответил наставник. — Всё, что ты должен знать: у тебя будет десять минут.
— Я понимаю, — кивнул я. Можно было бы, конечно, попросить Лейшасу, но почему она должна бегать по миру вместо меня, когда это касается моего роста как мага? Если не будет такой практики, мне не светит Колледж. — Какова цель?
— Я скину координаты магазинчика антикварных товаров. Там есть человек, торгующий магическими сущностями. Ты должен с ним встретиться и постараться наладить диалог.
— К этому варианту есть предпосылки?
— Всегда есть шанс наладить диалог, — как-то неуверенно произнёс Марти и, задумавшись, достал из воздуха амулет. — Это абсолютная защита. Может спасти три раза, не более.
— Дальше сам, — кивнул я, принимая подарок.
— Сам, — повторил мой жест Марти.
Самолёт в этот раз не понадобился. Когда Лейшаса услышала, что мне нужно обратно в Нью-Йорк, то с радостью перенесла нас обоих на другой конец мира. Не было никаких арок порталов, червоточин в пространстве и прочих спецэффектов, мы просто взялись за руки и сделали шаг, словно с моста. Краткий спуск в пустоту в режиме свободного падения, и в следующий миг перед нами материализовался знакомый бар, где однажды мы наслаждались живым джазом. На улице стоял вечер в этой части планеты, но прохлады не ощущалось, так что мы, вновь взявшись за руки, направились по указанному адресу. Иногда мне казалось, что мы действительно стали единым целым, буквально, и я даже могу ощущать эмоции девушки.