– Пойдём погуляем, – предложил я. – А уж по дороге определимся.
Прежде чем план грядущего повествования сложился в голове, гулять пришлось достаточно долго. Мы прошли по проспекту, пару раз, без фанатизма, заглянули в небольшие магазинчики и остановились попить кофе в крохотной кафешке с непонятными иероглифами вместо названия, где нас обслужили двое загорелых и абсолютно седых усачей с физиономиями заправских янычар.
Покачивая на голове красными «стаканами», на которых болтались золотистые кисточки, они приготовили термоядерный напиток и наговорили супруге кучу любезностей. Странно, а ведь раньше я достаточно нервно реагировал на подобные знаки внимания. Сейчас же было просто забавно наблюдать, как турки, или кто там они, сыплют комплиментами и приглашают в гости к себе в город с непроизносимым на русском языке названием. Кроме нас в кафе сидел в углу лишь один старик, перелистывая страницы толстой книги и периодически постукивая о пол своей тростью.
Взбодрённые волшебным напитком, мы словно на крыльях добрались до набережной и прогулялись вдоль реки. Народу почему-то гуляло совсем мало, а те, что имелись, рассматривали воду с мостиков или кормили хлебом галдящих уток. Мы тоже купили булку и спасли вытягивающих шеи пернатых от голодной смерти.
Нам повезло: когда от булки осталась половина, растолкав жалких товарок, к нам подплыли два красавца-лебедя абсолютно чёрного цвета. Ксюха даже тихо взвизгнула от радости и попросила сфотографировать, как она кормит красавцев.
– Только селфи не делай, – посоветовал я и сфоткал жену на фоне реки.
Булка закончилась, утки бросились за добычей к другим доброхотам, а лебеди растворились, словно их и не было. Впрочем, у берега наблюдался настоящий птичий базар – немудрено и затеряться.
– Ты рассказывать думаешь? – поинтересовалась Ксюха, когда расстояние от дома начало исчисляться километрами, а день успел перевалить через полуденную планку. – Да и ножки у маленькой Оксаночки немного устали. Я же не бегаю кроссы, как некоторые.
– Бегай, – предложил я, оглядываясь по сторонам. Ага, заведение «Мистраль» выглядело вполне ничего. По крайней мере, снаружи. – Пойдём присядем. Дадим отдохнуть ножкам маленькой Оксаночки.
Внутри кафе оказалось не хуже: стиль шестидесятых – семидесятых годов XX века, по стенам портреты французских актёров и пара больших экранов, где без звука демонстрировали чёрно-белые фильмы.
– О, Бельмондо! – обрадовалась Оксана, указывая в один. – Я его просто обожаю!
– Он же на обезьяну похож? – удивился я.
– А мне нравится.
– Угу, понятно. Теперь, когда ты мне скажешь, что я – мужчина в твоём вкусе, нужно будет повнимательнее посмотреть в зеркало.
Под песенку Дассена о жёлтой реке мы выбрали удобный кожаный диванчик и стали поджидать одну из девиц в коротких юбочках, которые сновали по полутёмному залу кафе. Пока ждали, каждую минуту меня информировали, что ноги у официанток – кривые, груди нет, а причёски уродливые. Я не возражал. Просто смотрел.
Судя по меню, кафе нам попалось не из самых дешёвых. Впрочем, оно и к лучшему: рассказывать под хорошо приготовленные блюда намного легче.
Зашёл я несколько издалека, так что Ксюха поначалу приняла зачин истории за наш предыдущий пустопорожний трёп ни о чём. Я припомнил фильмы и книги, где герои попадали в сказочные миры, полные магии и волшебства. Хотя вкусы жены и отличались от моих, но под настроение и она могла посмотреть что-то о хоббитах и всяких орках. Поэтому до появления горячих блюд мы успели прийти к общему мнению, что современному человеку придётся нелегко в окружении ведьм, русалок и чудовищ.
– В принципе же оказалось не так уж и страшно, – заметил я, вгрызаясь в кусок мяса, сочащийся соком.
Ксюха замерла над своим бифштексом и вопросительно уставилась на меня.
– Ты сейчас насчёт мяса или уже таки начал свой важный разговор? – Она легонько постучала ножом о край тарелки. – Мишка, мы уже с тобой столько вместе. Ты, когда меняешь тему разговора, даже в лице меняешься. Так что там у тебя оказалось не так уж страшно?
– В волшебной стране, – ответил я и сразу уточнил: – Если что, то она так и называется – Страна. С большой буквы.
Оксана тяжело вздохнула, проворчала, мол, она-то думала!.. И спросила, почему я у неё такой дурак?
Пришлось предъявлять доказательства. Рану на руке изучили очень внимательно, потом так же пристально осмотрели оба перстня, сравнили их, пощупали шишки на голове и сообщили, что всё это ничего не значит. Тут супруга, конечно, была права.
– Хорошо, тогда просто слушай. – И я начал рассказывать всё с самого начала. С того самого, когда из телевизора хлынула вода.
Рассказчика не прерывали и никак не комментировали историю вплоть до того момента, когда меня привели в сознание после удара по голове. Ну, самого первого удара. Услышав имя Леонид, Ксюха побледнела, что было хорошо заметно даже в тусклом синеватом свете кафе. Обронённые столовые приборы тихо звякнули. В общем-то я уже догадался, но решил уточнить:
– Я так понимаю, твоего хахаля тоже так зовут?
Оторопь тут же сменилась злостью.
