Я сижу на старом стуле, который неприятно скрипит при малейшем движении. Упрямо смотрю на запад, надеясь увидеть солнце. Скалюсь и смеюсь. Жду, когда хлынет дождь и смоет мою самодовольную пьяную улыбку.
Сегодня по-особенному одиноко. Противные мысли лезут в голову. Что им вечно от меня надо? Хочется ругаться. Кричу на чаек, кричу так, как никогда не позволял себе, будто эти птицы забрали у меня самое дорогое. А вдруг забрали? Добавляю к неистовству оттенки ненависти. На всякий случай. Отпускает немного. Делаю большой глоток прямо из бутылки, вытираю рукой рот. Светлеет. В небе или внутри?
Я устал. Душа просит пощады. Тело – покоя, голова – пустоты. Но дать мне им нечего. Ибо не время и не место. Да и силы предательски покинули меня, приковав невидимой цепью к разваливающейся конуре. Остается скулить, от боли, обиды, грусти… Трудно выбрать конкретную причину. Всё подходит. Особенно, когда не видишь разницы.
Дорога всегда уводит меня прочь из города. В эту пограничную зону, затерянную где-то между «уже» и «еще нет». Здесь никто не живет, старые хозяева ушли, оставив всё как есть. Я не нарушаю порядок вещей, чувствую и веду себя гостем. Я всегда улыбаюсь, в руках пакеты с подарками и скверные мысли за пазухой. К меду же и ложка дегтя положена! Поднимаю бутылку, обязательно тост. Желчь льется в воздух, соревнуясь с алкоголем в желудке. Но концентрация первого неоспоримо выше второго. Только так можно раскопать сугробы накопившейся гадости от недосказанности.
Мы молчим. У мужчин так часто бывает. Потому что сильные. Потому что должны быть такими. Потому что сила, по мнению большинства, в молчании. И дело вовсе не в золоте. Тишина – залог беспроблемности.
Не имея права жаловаться, не ноя, выставив вперед руку, мы идем против ветра. Спотыкаемся, падаем, стискиваем крепче зубы, если надо, ползем. А вместе с этим копим всё не высказанное внутри. Обзаводимся пыльным мешком задушенных мыслей, который страшно показать окружающим.
Я смотрю по сторонам и думаю: неужели мы были такими же?
Вечер, парк, прохлада затухающего дня. Всюду школьники. Уже бывшие. Девочки еще в черной форме, с белыми бантами на двух хвостах. Мальчишки давно переоделись в джинсы и футболки. Они смеются, едва слышно чокаются пластиковыми стаканчиками, морщатся, закусывая свежими овощами. В кусты летит пустая бутылка из-под водки, достается новая, открывается и тут же разливается. У них сегодня праздник. Они стали взрослыми.
Мне жутко не нравится то, что происходит. Как ускоряется время. Как стремительно врываются во взрослую жизнь дети. Они так хотят побыстрее стать кем-то, что вырастают никем. Рвется их ещё неокрепшая душа, наспех штопается, превращаясь от таких починок через несколько лет в лохмотья.
А мне бы в детство… В то самое, мелкое, теплое, огороженное буйками, под надежной защитой спасателей. Чтобы, встав в шесть утра, на папиной служебной машине под вой сирены доехать без пробок до школы. Чтобы, сбежав с последнего урока, в актовом зале перед зеркалом, включив в плеере музыку, придумать новую связку движений для нижнего брейка и показать ее другим. Чтобы гулять по раскаленному за день городу, натянув на голову капюшон толстовки, танцевать на пустых скамейках и уехать домой поздно вечером, запрыгнув в отъезжающий автобус в самый последний момент. Чтобы не думать, что будет завтра и сколько потребуется продать чужих душ ради сохранения своей собственной.
Теперь все куда-то спешат. Жить, любить, чего-то достичь. Но для начала вырасти, отделаться от детства, словно от какой-то проказы. Первая сигарета, стопка водки, близость… Столько всего нужно попробовать, чтобы к восемнадцати, устав от жизни, тяжело вздыхая, рассуждать о вечном и давать советы молодым и неопытным.
И дети выросли не только благодаря всепожирающей и вездесущей цивилизации, где свобода слова превратилась в бесконтрольный поток нечистот, где властвует всеобщая пропаганда и вседозволенная извращенность всего вокруг. Они стали старше, лишившись родительской любви. Остались одни… без спасительного света, надежд, мечт, но связанные по рукам и ногам не ими придуманными законами.
Поэтому пьют и радуются, разбивая каждой стопкой цепи, мешающие идти дальше, цепи ненужных и нелепых условностей, бестолковых авторитетов и правил. Только вперед, взлететь в небо птицей или упасть камнем в пропасть. Но сделать выбор, будучи свободными. От всего и всех.
Так не должно быть…
