Вы понимаете, многоуважаемый Саваэль, что совокупная мощь всех девяти флотов Империи не соизмерима с мощью четырех эскадр вашего дома,- произнес молодой аграф, сидевший в расслабленной позе в кресле напротив старейшины.- Да, признаю, вы победили в нескольких сражениях. Но потеряли несколько кораблей. А это, для вас в нынешнем положении, невосполнимые потери, Старейшина.
Зато и вы потеряли два флота, наследник Ираниил,- возразил Сераниель, сидевший справа от отца. - Неплохой размен для нас. И, насколько я понимаю политическую ситуацию в империи, по вам эти потери ударили намного больнее.
Признаюсь, Глава Сераниэль, ваши победы поколебали сердца самых стойких,- поморщился наследник.- Но они же ожесточили ещё больше сердец тех, кто потерял своих родных и близких в тех сражениях. Главы Домов уже устали отбиваться от желающих поучаствовать в примерном наказании непокорных.
Непокорных?- Задал вопрос старейшина Саваэль.- Непокорных кому?
Воле Императора, уважаемый Старейшина,- ответил наследник.
Согласно договору Девяти, воля Императора распространяется лишь на его ленные и родовые владения. Все вопросы, связанные с его желаниями на территориях, входящих во владения других домов, Император может решать лишь как равный среди равных в совете Девяти Великих Домов. Он может попросить, но не имеет никакого права приказывать или, тем более, принуждать. - Араниэль отпил из своего бокала и продолжил.- На этом краеугольном камне зиждется наша Империя, наследник. Вам ли этого не знать? Ведь вы получили отличное образование, и история Империи входила в число изучаемых вами предметов. Или вы, как и ваш владычественный отец решили забыть её в угоду своим амбициям?
Наследник даже не пытался ответить этому пожилому аграфу, к которому он относился с огромным уважением, потому что прекрасно знал, что именно Араниэль из Дома Утренней Росы, а не брат его отца, Императора и был истинным начальником Имперской Службы Безопасности. Он прекрасно понимал, что если этот статный аграф задействует все ресурсы, наработанные им во время почти двухвековой службы в самом сильном департаменте Империи, то она, эта самая Империя взорвется и перестанет существовать, ввергнув всех её жителей в каменный век.
Ваш отец, наследник Ираниил, преступил черту, которую не смели преступать даже самые великие правители нашей Империи,- продолжил между тем Араниэль Далиар.- Тем самым он показал всей Империи, что выходит из договора Девяти. Вы понимаете, что именно произошло, наследник? Здесь, на подступах к родовой планете нашего Дома он, ваш отец, рушит нашу Империю. Вы покусились на свободу нашего дома, наследник. На наши жизни, Ираниил. Вы пришли к нам с огнем. Поэтому, мы оставляем за собой право принести огонь в ваши дома и на ваши планеты. Если погибнет ещё хоть один аграф из числа защитников нашего сектора пространства, ваш император пожалеет об этом. Его проклянут все жители вашей империи. Даю вам слово, наследник. А я, в отличии от вашего отца, своё слово держу всегда. Вам это известно.
Да, лэр Араниэль, я помню это и глубоко уважаю вас и за это в том числе,- с поклоном произнес наследник.- Как я понял из ваших слов, вы хотите выйти из состава Империи?
Нет, юноша, - ответил Саваэль.- Необдуманные и не правомерные действия вашего отца вынуждают нас поступить именно так. Отныне нет Империи Аграф в её прежних границах. Отныне есть Империя Аграф и Герцогство Утренней Росы как два разных политических и государственных образования.
Это известие разрывает мне сердце, лэры,- печально произнес молодой аграф.- Я донесу эту весть и ваше предупреждение до императора, моего отца.
Я провожу вас, наследник,- встал со своего места Араниэль.
Ираниил тоже поднялся с кресла и , подойдя к двери, обернувшись к присутствующим в кабинете аграфам, низко поклонился им.
Простите,лэры. За всё.
Затем, резко выпрямившись, он вышел из кабинета в сопровождении Араниэля.
Из этого юноши будет толк,- кивнул головой старейшина Саваэль.
Когда он станет императором,- согласился с отцом Сераниэль.
Поверь мне, сын. После тех новостей, что он доставит в империю сегодня, этого события ждать долго не придется.
Ты думаешь, отец?
Я знаю, Сераниэль. Я просто это знаю.
Сорин проснулся ещё затемно и первым делом выглянул наружу. Дождь всё ещё лил не переставая ни на секунду. Снаружи в зал проникал едкий, удушливый запах кислоты . Отчего глаза начали слезиться и кашель спазмом сжал горло молодого человека.
Он быстро покинул импровизированную смотровую площадку и отошел вглубь зала. Достав из рюкзака плитку офицерского сухпая он с аппетитом принялся за завтрак.
Я забыл вчера спросить, - сказал он возникшему перед ним голографическому изображению искина.- А кислота не мешает этим созданиям работать?
Он ткнул пальцем в уменьшившийся в объеме стазис контейнер с био нанитами.
