Погребальная похоть полностью

Дом за добротным дощатым забором тоже был деревянным, из цельных брёвен, двухэтажный, с чердаком. Также на территории шести соток стоял изъеденый ржавчиной ни то сарай, ни то гараж; отдельными домиками на небольшом расстоянии соседствовали сортир и изрядно проржавевшая душевая; поодаль наличествовал колодец. Замок калитки не задержал их, а вот на пороге дома пришлось столпиться, хозяйка немного провозилась со старым, несмазанным механизмом.

Внутри царил какой-то особый запах, Кристи сказала, что наполовину это аромат мышиных фекалий. Первый этаж состоял из коридора от прихожей до лестницы, из коего в обе стороны находились проходы без дверей – слева была кухня с круглым столом и русской печью, справа комната для гостей. Электричество ожидаемо отсутствовало, да и из техники наличествовали только старый толстый телевизор и скромный рефрижератор, в коем оказалась спрятана посуда в числе комплекта из двенадцати тарелок, трех чашек и трех гранёных стаканов на двести грамм. На втором этаже расположились две спальни, почти одинаковые, если б не стол в одной. Также над обеими комнатами гнило дерево – чердак был аварийном состоянии. Юзернейм поднялся по лестнице и раскрыл дверцу входа – в паре мест крыша сияла небом, пол был завален птичьими перьями. Залазать туда он не решился. В остальном же, припоминая слово "полуразъёбаный" он удивлялся и пришел к выводу, что здесь можно было бы серьёзно выживать. Его внимание привлекла белокаменная печь, ибо до сего момента в реальности он таких не видал. Это была громоздкая постройка, и благодаря не самому низкому потолку на первом этаже, забравшись на оную можно было даже встать на полусогнутых, что было забавно. Йус даже подумал, что будь сейчас время года похолоднее, следовало бы расположиться на ней. Решено же было базироваться здесь, в кухне, и из соображений комфорта для этого сюда были притащены одноместные кровати из соседней комнаты и объединены в одну.

Кристина принесла со всего дома подсвечники, две керосиновые лампы с горючим, и собрала все имеющиеся свечи – вкупе с новыми, такого количества должно было хватить надолго. Банда собралась за столом. Юзернейм хотел есть, но что-то в его подсознании тормозило и требовало размышления, и он просто задумавшись сидел. Кристи не угорала по диетам, и вовсю нарезала аппетитные бутерброды, а Светочка обошлась скромным салатиком. Юзернейм, поглядев на травоядную, достал из рюкзака тщательно спрятанный стафф и купленную для этих целей бутылочку минералки, разлил содержимое по чашкам и смастерил третью за последние дни уточку. Хозяйка удивилась и отказалась от курения, сказав, что ещё подумает, а Света выкурила одну хапку. Йуса же наконец осенило внезапное осознание того, что если будет вершено то, зачем он сюда явился – возможно, в последствии он будет чувствовать себя уже не достаточно хорошо, чтоб отваживаться на психоделические путешествия, а билетики-то были с собой и всё ждали! Но лишь возможно. Впрочем, бэдтрип нельзя было исключать и сейчас – всё в его существовании было перевёрнуто, а как известно, для душевных опытов нужна гармония. Впрочем, вещества он любил, и был уверен, что и они его не обидят, ибо даже при всех невзгодах в его некогда успешной жизни никаких "плохих путешествий" никогда не случалось. Как приверженцу хардкора во всём, внутренний голос подсказывал ему ничего не бояться и упарывать полторы марки. Припоминая, что шестьсот единиц нбома почти любой разновидности являются уверенно сильной дозировкой, поднять её ещё выше было можно, но только осторожно! Он взял рюкзак, достал и другую нычку, изъял квадратик из фольги и снял сотню слоёв. Девчата обратили внимание и смотрели, словно любопытствующие кошки. Юм сосредоточенно владел своим верным лезвием. Кристи спросила:

— А это ещё что?

— Это кладётся под язык на какое-то время, а затем проглатывается.

— Хуяссе! А это не опасно?

— Ну, смотря кого кормить. Тебе, может быть, и опасно. А может и напротив, полезно. Зависит от твоей уверенности в себе, самоконтроля, и главное – позитивного настроя. Не могу сказать, что обладаю сейчас всем этим в полной мере, но мне не впервой... Я знаю, чего ожидать, и уверен, что всё будет хорошо.

— А что будет в худшем случае?

— Ох, лично я, слава яйцам, до сих пор не испытал. А некоторых бросает попеременно и в жар и холод, в страшные и неприятные чувства, мысли, и это становится таким большим, сплошным и вязким кошмаром. Но мне, правда, и представить сложно.

— А в хорошем? — прямо таки с детским интересом спрашивала она.

— Вообще всё, что происходит под воздействием таких вот препаратов – объяснить нашим человеческим языком просто невозможно. Это слишком грандиозно. Это нечто божественное.