Глаза Анны расширились от недоверия, а затем она просияла. Она выглядела счастливой. Для отца видеть подобные эмоции на лице дочери из-за мужчины, которого он должен сурово наказать, является сущим кошмаром. Это был не первый раз, когда женщины заставляли меня размывать границы того, что следует делать ради Синдиката.
Однако я до сих пор не был уверен, что Сантино – именно тот, кого я хочу видеть рядом с Анной.
– Могу ли я увидеть его? Пожалуйста, папа, мне необходимо его навестить и сказать, что я не вышла за Клиффорда! Он, наверное, думает, что я замужем.
– Ладно.
Анна что-то неразборчиво воскликнула и крепко обняла меня. Несмотря на мое намерение накопить гнев, я растаял при виде ее радостного лица и испытал облегчение.
Но я похлопал Анну по спине, отстранился и строго сказал:
– Ты можешь поехать в больницу, но мне надо поговорить с ним. А после нам нужно найти общее решение… вместе с Кларками.
Анна закусила губу.
– Полагаю, они захотят нас уничтожить.
– Максимо Кларк – безусловно, но я справлюсь. Хотя это будет неприятно. Наверное, Сантино сможет помочь. Таким образом он докажет мне, что готов искупить предательство.
– Она тебя не заслуживает. Ты заслуживаешь того, кто выберет тебя! – крикнул папа.
Дверь распахнулась, и вошла Анна, одетая в свадебное платье. Тушь на ее глазах размазалась, а щеки покраснели.
Она застыла при виде меня. Я опустился на кровать, ноги внезапно стали ватными и не удержали меня. Проклятье. Я никогда не был чертовым слабаком.
Анна застыла в дверном проеме.
– Ты и вправду очнулся.
Я заставил себя улыбнуться.
– Я пропустил твою свадьбу.
Она перебила меня:
– Ее не было. Я не смогла.
Я нахмурился, во мне расцвела надежда.
– Что?
– Я не смогла сказать «да». Знаю, что для Синдиката это нехорошо, а я эгоистка, но я не смогла сказать Клиффорду «да». Я не замужем.
– Ты бросила Клиффорда у алтаря в день свадьбы и умчалась в платье, прямо как сбежавшая невеста? – Я ухмыльнулся, внутри взрываясь от эмоций.
Черт побери. Анна выбрала меня.
Анна закатила глаза и фыркнула. Она все еще не сдвинулась с места.
– Почему ты не вышла за него?
Анна умоляюще посмотрела на меня.
– Ты знаешь почему.
Я совершенно не собирался отпускать ее. Не после того, через что она заставила меня пройти.
– Просвети меня.
– Из-за тебя, Сынок. Я люблю тебя, даже если ты меня раздражаешь больше, чем кто-либо другой.
Я усмехнулся и распахнул руки для объятий. Анна кинулась ко мне. Она обвила руками мою талию и крепко прижала к себе. Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать ее слова. Анна призналась мне в любви.
Я отстранился на несколько сантиметров, всматриваясь в ее лицо.
Папа прочистил горло. И он, и Фредерика смущенно смотрели на нас.
– Мы дадим вам время побыть наедине.
Папа отступил назад, обменявшись взглядами с Фредерикой, после чего они вдвоем вышли из палаты.
Когда за ними закрылась дверь, я провел ладонью по волосам Анны. Должно быть, она сделала прическу к свадьбе, но бо́льшая часть шпилек уже выпала.
– Прости, что мне потребовалось столько времени. Прости, что я отменила свадьбу в последний момент. Мне следовало разорвать помолвку. Я могла сделать все гораздо раньше.
– Точно. Но ты решила выбрать наихудший момент. Уверен, Данте уже планирует мое обезглавливание.
Не то чтобы меня это заботило. Понимание, что Анна наконец-то может стать моей, стоило ранней смерти.
Она подняла голову, в ее нежных глазах блестели слезы.
– Я думала, что потеряю тебя. Я была ужасно напугана. Мысль о том, что тебя может не быть рядом… я не могла этого вынести.
– Я жив и не собираюсь умирать в ближайшее время.
– Никогда, – твердо сказала она.
– Я определенно умру раньше тебя, ведь я чертовски уверен, что не хочу жить без тебя.
Анна покачала головой с легкой улыбкой:
– Жутко звучит.
Я обхватил ее лицо и притянул для поцелуя, желая попробовать Анну на вкус без страха быть пойманными, без осознания того, что наше единение обречено быть временным. У нашей любви больше нет срока годности. И свадьбы, которая висела над нашими головами дамокловым мечом.
Я не был уверен, сколько времени прошло, когда раздался стук.
– Боюсь, это мама, – прошептала Анна с извиняющейся улыбкой.
И действительно, в палату вошла Валентина в темно-зеленом вечернем платье, с элегантной прической и на высоких каблуках. Она собиралась отпраздновать свадьбу дочери, однако ситуация изменилась.
Теперь Валентина навестила меня в больнице, и я знал, что у нас будет очень неприятный разговор.
Лицо Валентины было недовольным. Я до сих пор не мог поверить, что она помешала свадьбе Анны. Одно можно сказать наверняка: она сделала это вовсе не потому, что хотела видеть нас с Анной вместе.
– Позволь мне пообщаться с Сантино, – отчеканила она стальным голосом. Она бы точно не потерпела никаких возражений.
– Мам!
– Анна, – резко продолжала Валентина. – Вы с Сантино уже долгое время играете за родительскими спинами, думаю, у меня есть право побеседовать с Сантино сейчас. Я хочу услышать его мнение по поводу случившегося.
Я ободряюще улыбнулся Анне. Я уже большой мальчик. И смогу справиться с ее мамой.
