Папа не был глупым. Он знал, о чем я спрашиваю. Фредерика положила ладонь на мою руку.
– Сегодня день свадьбы Анны. – Я попытался встать, чуть не вырвав катетер из вены, и упал вперед, когда на меня обрушилась очередная волна головокружения.
Папа поймал меня, иначе я бы разбил лицо.
– Что ты делаешь, сынок? Ты только что вышел из комы! Тебе надо спокойно лежать и набираться сил!
– Я должен остановить свадьбу! Мне все равно, что я буду оттаскивать Анну от алтаря, прежде чем она успеет спросить, что я творю, но я должен помешать ей выйти замуж за Клиффорда.
– Сейчас три часа дня, Сантино, – мягко проронила Фредерика.
Моему ошеломленному мозгу потребовалось некоторое время, чтобы обдумать ее слова. Я запомнил расписание свадьбы из соображений безопасности. Церемония назначена на два часа дня. Анна уже замужем.
Я покачал головой и откинулся на подушки. На секунду крепко закрыл глаза.
– Ты найдешь другую, – добавила Фредерика.
– Я хочу ее. Ты не понимаешь. Бог никогда не оставит тебя, поэтому ты никогда не поймешь боль разбитого сердца.
Фредерика кивнула и погладила меня по руке.
– Прости, – выдавил я и еще раз попытался встать. – Может, пока не поздно, все аннулировать?
– Сынок, Анна выбрала Клиффорда. Она не стоит того, чтобы за нее бороться.
Я не хотел в это верить. Возможно, папа прав. Анна предпочла Клиффорда, или, скорее, думала, что ей необходимо поступить благородно и выполнить долг перед Синдикатом и семьей.
Но одно можно утверждать наверняка: она выбрала не меня.
– Мы найдем тебе хорошую жену, – заверил меня папа.
– Мне не нужна жена.
– Не желай чужой жены, – напомнила Фредерика.
Мне было легко быть вторым мужчиной, случайным любовником. С другими женщинами это не являлось проблемой. Но с Анной? Мысль о том, что Клиффорд прикоснется к ней, сводила ума.
Я встал. Папа подхватил меня, чтобы я не рухнул на пол.
– Я убью его. И проблема будет решена. Желать вдову – не грех.
– Только если ты сам не сделал ее вдовой, – заметила Фредерика.
– Любое действие, направленное против этого брачного союза, приведет к суровому наказанию, сынок. Данте обозлится, если ты сделаешь глупость.
– Мне без разницы.
– Она тебя не заслуживает. Ты заслуживаешь того, кто выберет тебя! – крикнул папа.
– Я проверю Анну еще раз, – сказала я Данте.
Супруг сжал мою руку – редкая публичная демонстрация чувств имела смысл. Похоже, он слегка нервничал. Для любого отца выдать дочь замуж является важным шагом – и особенно для такого защитника, как Данте.
– Отговори ее, – пробормотал Леонас.
Данте одарил сына предупреждающим взглядом…
Леонас ясно высказал свое мнение. Он считал, что выдать Анну замуж за Клиффорда – ошибка. Они с Данте несколько раз сталкивались лбами. Сын с самого начала был против брака.
Сперва я из принципа думала противостоять решению Данте. Как и большинство сыновей в нашем мире, Леонас пытался восстать против власти отца, по крайней мере, в частном порядке.
Я помотала головой. Сейчас не время и не место для ссоры. Я знала мальчиков, принципиально противоречивших отцам, но Леонасу нужно понимать границы. Ему уже восемнадцать, сыну следовало научиться принимать решения отца.
Я повернулась и направилась к боковой двери церкви, а затем, очутившись в узком коридоре, проскользнула к особой комнате ожидания.
По пути я столкнулась с Софией: она как раз вышла из комнаты, где была Анна.
София – одна из лучших подруг Анны, поэтому и помогала невесте подготовиться. Меня охватило беспокойство, когда я разглядела выражение ее лица. Она быстро вернула себе бесстрастный вид, заметив меня, и улыбнулась.
– София, – приветливо сказала я с ответной улыбкой. – В чем дело? Анна плохо себя чувствует?
– Нет, – выпалила София. – Она в полном порядке. Просто немножко волнуется за Сантино. И чувствует себя виноватой.
Конечно, речь шла именно о Сантино. Я ощущала странные импульсы между ним и Анной еще с тех пор, как они вернулись в Чикаго.
Анна была молчаливой, что вызывало еще больше подозрений. Между ними что-то явно произошло, но они оба знали: лучше не показывать этого. Я не рассказала Данте о своих опасениях. Он бы допросил Сантино и, возможно, сделал бы выводы, которые стоили бы последнему жизни.
Честно говоря, я иногда сомневалась в принятом решении поручить Сантино охранять Анну. Он выполнял свой долг, причем хорошо, но я прекрасно понимала, что мне не сообщали всех деталей.
Матери всегда горько осознавать, когда родная дочь что-то скрывает от нее.
Поведение Анны заставило меня усомниться в себе и в наших отношениях. Я всегда думала, что у нас очень тесная связь. Вероятно, я остро реагировала на любые события в ее жизни, и сегодняшний день не стал исключением: ведь моя старшая дочь сегодня станет женой Клиффорда.
– Сантино выполнил свой долг, – сказала я Софии.
Та кивнула, хотя мои слова наверняка не произвели никакого эффекта. Я надеялась, что Анна поделилась с подругой всем, что ее беспокоило.
– Я сейчас пойду к Анне, а тебя уже муж ищет.
София быстро улыбнулась, подняла подол зеленого платья подружки невесты и ускорила шаг.
