Тына посмотрела в сторону сына.
– Ты этого хочешь, Эгги?
– Ещё как хочу! Но…
– Тала этого хочет?
– Да, наверное. Но как ты…
– Как я, слепая и почти одноногая, смогу это устроить? Для своего единственного сына? Я многого не смогла дать тебе, Эгги! А ведь ты всегда был разумным и послушным! И никогда не стыдился меня, такой увечной! А теперь ты не веришь в мою любовь?
– Мама! Конечно, верю! Но нам придётся схватиться с Айгоком! Что он сделает с вами?
– Да-а! Какие пошли мудрые дети! Придумывают причины, чтобы не получить того, чего им хочется больше всего!
– Но ведь отец… не такой сильный шаман!
– Отец – сильный шаман, Эгги!
Тына помолчала, набираясь решимости. И продолжила, понизив голос:
– Но у него нет бубна, чтобы противостоять Айгоку.
– А как же его бубен?
– Бубны для битвы – особенные. Они не боятся ни сырости, ни мороза – всё такие же звонкие! Но, главное, они призывают и добрых духов на помощь. И злых – на головы врагов…
– Ты знаешь, где достают такие бубны, мама?
Тына задумалась. Что ж, будущего не избежать…
– Я знаю это лучше всех, сын. Все бубны, пригодные для битвы, сделаны женщинами моего рода. Бубен Айгока сделала для его отца моя мать. Я – её единственная ученица.
– Но ты же не можешь… не видя…
– Ох, ты и недоверчивый! Я же выделываю шкуры для вас с отцом. Долго, да, но вы не жалуетесь! И вот, погляди.
Тына засунула руку под нагрудник кухлянки.
– Это – мое приданое. Это кусок выделанной кожи белого морского зверя. Он остался, когда моя мать делала бубен отцу Айгока. “Держи этот кусок между ладонями, – учила она меня. – Держи его, гладь, стучи по нему пальцем каждый день, – говорила она. – Ты должна запомнить, до какой толщины следует соскрести кожу. Если доведётся делать бубен, доверяй пальцам, а не глазам…” Если б она знала…
Из слепых глаз Тыны полились слёзы. Эгги подождал, пока мать не вытрет их.
– Но… почему ты до сих пор не сделала бубен, мама?
– Когда я уходила в другое село, к чужому шаману, Айгок назвал меня предательницей. Он мог ведь убить меня, верно? “Я всё равно что убил тебя, – говорил он. – Ты должна поклясться, что никогда не сделаешь бубен ни для кого, кроме меня и моих потомков”, – сказал он. Он заставил меня поклясться на Священной Скале Клятвой, Которую Нельзя Преступить, что делать боевые бубны Вэемлена я смогу только для потомков рода Айгоков. Что никому я не должна передать своё умение без их разрешения. Иначе Духи Предков отвернутся от меня, а бубен всё равно не позовёт их на помощь…
– Но такую клятву нельзя нарушить! – испугался Эгги.
– А я и не собираюсь.
– Не понимаю…
– Тала – из рода Айгоков.
– Тала может заказать тебе бубен? – догадался Эгги.
– Если захочет.
– А потом?
– Она может поступить с ним по своему усмотрению. Например, отдать его твоему отцу.
– И отец сможет?..
– До этого ещё далеко. Ты должен уговорить Талу и передать мне её заказ. Втайне. Когда намечена её свадьба?
– В первый день Месяца Настоящего Солнца.
– Так… Ах вы, духи… – пробормотала Тына.
Эгги молча ждал.
– Ну что ж… Я должна успеть сделать бубен до этого дня и передать его Тале из рук в руки. Я не могу прийти в Вэемлен, значит, Тала должна прийти за бубном в Хычъэт. А ведь как только она скроется от взора Айгока, он начнёт её искать и, не найдя, погонится за ней…
– Мы с парнями заберём её и привезём сюда!
– Нет, Эгги! Наши парни не должны соваться в Вэемлен! Получится, что они воруют невест. Это война!
Тына почувствовала, как понурился сын. Он ведь не вождь. Не ему принимать решение о начале войны. Вот если бы вэемленцы напали на Хычъэт… К тому же тогда не сохранить всё в тайне от Айгока.
– А кто тогда… нам поможет?
Ага, мальчик наконец успокоился.
– Опал!
– Что-о?!
– Опал – хороший человек. Он простил Талу – ты сам рассказывал. Он может придумывать и руководить. Обратись к нему при свидетеле – его надёжном друге. Пусть Тала даст тебе совет. Опал должен действовать сообща с вэемленцами. Он – их Будущий Вождь.
Тына, улыбаясь про себя, чувствовала, как задумался сын. Бедный ребёнок! Ему, наверное, никогда не приходилось так много думать и узнавать, как в этот день. Но, только действуя осмотрительно, можно достичь успеха. Особенно в похищении невест.
– И ещё, Эгги. Осторожно с Камаком. Не смотри на его простоту. Он слишком сильный. И добрый…»
Прошмыгнула неделя. Затем другая, третья… И вот уже первый месяц года стал подходить к концу. А значит, пора было собираться к Эдику…
– А-а, привет, заходи! Где пропадаешь? – обрадованно заворковал Эдик.
И продолжал, пожав руку Виталия:
– Вот раньше кто на работе, кто на даче, кто в Сочи, а теперь – этот в онлайне, тот в роуминге, а третий вообще в пробке! Водки выпить не с кем!
Виталий постарался состроить улыбку побеззаботнее – улыбку многое слышавшего жителя столицы, тем не менее всегда готового поддержать чужую шутку. Он молча пожал руку Эдика и сел на краешек дивана рядом с журнальным столиком, на котором лежал «Вестник психологии».
– Да ты расслабься, – не унимался Эдик. – Здесь все свои. Кофе хочешь?
– С тобой расслабишься, – не выдержал Виталий. – Посадишь в психушку.
