Вскрикнула княжна. Дим оглянулся. Иасион прикрыл сестру, давая ему еще несколько мгновений. Острие вражеского меча вспороло воздух возле самого горла. Он выставил руку с импровизированным щитом и в следующие мгновение сделал выпад. Его клинок пронзил мюрдженца насквозь, погрузившись в грудь почти до середины лезвия.
Сделав два огромных прыжка Димостэнис оказался возле стола и схватив тяжелую мраморную чернильницу, швырнул ее в голову врага. Тот пошатнулся и выронил меч. В следующее мгновение Дим уже стоял возле княжны, загнав ее глубже в угол и закрывая собой. Она была единственная, кто сможет подтвердить его непричастность к заговору. Иначе все его усилия пойдут прахом. Вину за смерть княжны так или иначе возложат на него. Кто захочет выносить сор из избы? Тот же Иасион укажет на него, чтобы не порочить имя Эардоре и других знатных изменников.
Заговорщики, взяв их в полукруг, медленно приближались. Было видно, что они напуганы и ошарашены таким поворотом событий. Устроенная им бойня всего за несколько мен уменьшила их состав в половину и явно породила в их благородных головах горькие мысли о том, что не стоило его втягивать в их черные делишки. Однако дело было сделано и отступить они уже не могли.
Защита приняла на себя удары вражеских плетений. Дим знал, что долго она не продержится. Эардоре сделал длинный выпад, направив меч ему в грудь. Одновременно с ним напали и двое других. Имперец отбил один за другим два атаки, приняв третью на плащ, замотанный вокруг предплечья, развернувшись так, чтобы клинок ударил плашмя. Рука онемела и безвольно повисла вдоль тела. Дим скинул ненужную тряпку, стараясь попасть во врагов. Плащ упал на клинок одного из противников и тот слегка замедлился, избавляясь от помехи. Димостэнис не упустил момент, коротким отточенным движением выбил меч и нанес сильный удар. Парень подставил кинжал, зажатый во второй руке и клинок Дима пришелся всего лишь по плечу, перерубив плоть до самой кости.
Любоваться поверженным противником времени не было. Он с трудом отбил новый выпад лэрда и едва успел увернуться от сокрушительного рубящего удара второго противника. Видимо Эардоре в более ранние ары был неплохим бойцом, теперь все же сказывался возраст, делая его менее проворным и медлительным. Его же молодой подельник оказался отличным мечником с отменной выучкой, быстротой реакции и судя по ведению боя, немалым опытом.
От очередного плетения как мыльный пузырь лопнула защита. В пылу сражения никто не обратил на это внимание, кроме него самого. Пора бы гвардейцам ее высочества вспомнить за что они получают свои золотые и начинать спасать свою правительницу.
Дим едва увернулся от клинка, промелькнувшего перед глазами. Сделал шаг вперед, обрушивая всю мощь своего удара на лэрда. Князь отразил его атаку, но не смог удержать меч. Тот со звоном упал на мраморные плитки. Молодой рубанул по ногам. Имперец опустил меч, пытаясь отбить неожиданный выпад. Парень, быстро крутанувшись вокруг себя, ударил снова и лезвие его клинка, распоров рубаху, оставило на груди Дима длинную резаную рану.
С той стороны в дверь что-то бухнуло. С такой силой, что от энергетического выплеска, откатившегося в комнату, у Дима волосы встали дыбом. Треснули створки. От одной отщепилась тонкая длинная жердь и накренившись повисла в воздухе. Второй силовой импульс выбил тяжелую доску, и та с грохотом рухнула на пол.
В проеме, сверкая горящим пламенем в глазах стоял… Ориф. Бывший помощник быстрыми шагами пересек комнату и встал между Димостэнисом и Олгином Эардоре. Взял руку лэрда, в которой тот держал меч, поднял, направил острие клинка себе в грудь.
— Давай, — тихо произнес он, — только так ты сможешь заставить меня занять седалище, которые все с придыханием называют троном.
— Это для блага княжества! — взревел князь.
Его сын покачал головой.
— Благо не может прививаться насилием. Я никогда не одену корону, вымазанную в крови. Впрочем, ты можешь сделать это сам. Правда, тогда тебе придется все же это сделать! — он чуть поддался вперед, надавливая на меч. — Я не хочу видеть, как честь нашего рода умирает вместе с миром, который создавали наши предки. Я не хочу знать, что Эардоре стали причиной того, что наша земля перестала быть благословенной и превратилась в пристанище рабов, которыми правят лишь жажда власти и собственные низменные амбиции.
В дверь ввалились стражи во главе с Лориком. Гард был весь залит кровью и заметно хромал, впрочем, другие мало чем отличались от своего старшего.
— Пошли вон, — Эардоре даже не глянул на подоспевших стражей. Однако от его голоса все стражи так же ретиво удалились, как несколько мгновений назад появились. Остался лишь глава охраны княжны.
— Эсса Лорик, вы проявили себя безответственно и непрофессионально, просмотрев готовящийся заговор.
Гард поднял голову, бросив на князя взгляд, который не оставлял никаких сомнений в царящих между мужчинами взаимоотношениях.
— Постарайтесь хотя бы схватить заговорщиков, если ни на что более не способны.
