Поиски мира полностью

- Они могут стать вашими, ваше величество. И расскажут о вашей мудрости лучше, чем трупы. Они не дадут понять себя превратно.

- Каковы же твои условия, Белон Красивый?

- Все, кто хочет уйти - пусть уйдут. Все, кто хочет присягнуть - присягают. Так мы отделим зерна от плевел и будем точно знать, кто наш враг и смело посмотрим ему в лицо.

Сирота переступил с ноги на ногу и увидел, что топчется в крови. Она собиралась огромными лужами по всему залу.

"Сейчас он посмеется ему в лицо и прикажет стрелять из арбалетов. Оставшихся в живых четвертуют на Призамковой площади. Я не хочу на это смотреть".

Непослушными пальцами он отстегнул меч от пояса.

- Воровку? Да? А нам она сказала другое.

- Сказала что ты к блуду её склонял, приёмыш.

- Еле она тебя удержала.

- Я гуляю, где хочу, то-то же.

- Что ты думаешь об этом, Ланье?

- Я ухожу, - сказал Тахиос достаточно громко, чтобы на него все обратили внимание.

В чертоге Наорков повисла тяжелая, недоумённая тишина.

- Что? - переспросил Танкред, не веря своим ушам.

- Я говорю: довольно. Сегодня я спас тебе жизнь, убив троих. Первый воин, граф Кранглех и этот наёмный убийца - они лежат там. Все их видели. Я спас тебе жизнь и я больше не приёмыш. Я ухожу.

Ланье собирался что-то сказать, что-то быстрое и лживое, чтобы выправить положение, но сирота посмотрел ему прямо в глаза и мажордом поперхнулся словами.

- Куда же ты пойдешь? - с любопытством спросило чудовище, приходя в себя и отвернувшись от мятежников. О, оно быстро осваивалось, когда всё было под контролем, не чета тому оцепеневшему юнцу, что дважды застывал сегодня, когда смерть тянула к нему свои пальцы.

- На север.

- К моей дражайшей сестрице?

- Нет. Руо ушел к Гремящему кряжу, я хочу найти его.

- Думаешь взять у него ещё несколько уроков? - расхохотался Танкред, хотя голубые глаза его горели холодным бешенством. - Хорошо, я отпускаю тебя. Видишь, Белон из Гвеллаха - я следую твоему совету. Прощаю дерзких и дарую свободу. Доволен ли ты?

- Да, если это будет относиться и к людям, стоящим за моей спиной, ваше величество.

Тахиос медленно брёл к выходу.

- Я думаю, до рассвета осталось недолго, - слышал он доносящиеся издалека слова. - Скоро найдут нашего верного жреца, и он именем Лига скрепит наши клятвы. Мы же расположимся здесь и подождём. Ланье, распорядись насчёт вина.

- Где же моё счастье? А? Твоего старика увели стражи.

- Ты!? Ты! Как...

- Я Охотница, забыл? Таких, как я, Зеркало притягивает и выводит на след.

Догорающие факела, которые никто и не подумал заменить, чадили.

- Тахиос! Библиотекарь сказал, что книга у него в сундуке, с двойным дном.

На пороге он постоял, посмотрел, как несколько слуг суетливо за ноги стаскивают трупы, что валялись по двору, через открытые внутренние ворота во внешний двор и его вырвало.

Глава 7

Алвириан, ускользнувшая от бойни на конюшне, когда стражники Фэрра избивали всех, у кого на поясе висели кинжалы, и сгоняли вырвавшихся из замка купцов к гостевому крылу, снова проникла в главную башню и, петляя в переходах, наконец-то наткнулась на кухню, дверь которой давно была заперта, чтобы не вломились озверевшие от крови мужчины.

Она стояла на коленях и молила впустить её на разных языках.

Наконец дверь отворилась, и толстая рука матушки втащила её внутрь, тут же с грохотом задвинув засов.

На кухне горело несколько жаровен и очагов - в котлах булькала вода. Судя по всему, женщины и поварята не собирались сдаваться так легко.

- Ты кто такая?

- Ой, а я её знаю, что ли. Это к Бараху нашему приходила, она вроде, - пискнула откуда-то из-под стола служанка.

Догга оглянулась и рявкнула:

- А ты куда залезла, тварь такая? Я тебе что сказала? - масла принести!

- Так я и ищу...

- Сроду его в том углу не было! А ты, - сиди, утром разберемся, что к чему.

И матушка тяжело вздохнула.

- Долгая только у нас будет ночка-то. И прав был Тахиос - никому и дела нет до нашей еды.

Когда прибежал ополоумевший стражник с требованием подать вина, какое только у них тут есть, Догга заорала через дверь:

- Совсем вы ополоумели, поганые псы! Откуда на кухне вино!? Всё в погребах и осталось!

- Да знаю я - ключи давай, свои мажордом затерял где-то!

- Голову он свою не затерял? - грозно осведомилась матушка, взвешивая в руке скалку.

- Ты болтай-то языком своим поменьше, старая! Там знаешь какое побоище было? - удивительно как портки при нём остались. Неси ключи живо, напоим их, глядишь, они поклянутся кто в чём хочет и оставят нас в покое.

- Я пойду, - Алвириан просительно положила ладонь на локоть матушки. - Надо узнать, как там мой господин.

- Опять ты? - отмахнулась Догга, а потом, подумав, что своих служанок негоже пускать к такому сборищу, нехотя согласилась.