Стражников было чуть больше чем собравшихся гостей, но пришли самые отчаянные и храбрые, не раз участвовавшие в кровавых сражениях и потому они во мгновение ока поменяли ситуацию. Стир Медведь, подхватив с пола скамью, тремя ударами расчистил пространство перед собой, многие доставали припрятанные в сапогах или тяжелых меховых плащах кинжалы и бросались в ближний бой. Граф Кранглех уже свалил пятерых и вращал свой двуручник, не подпуская к себе никого. Стражники колебались. Купцы, почувствовав, что сейчас самое время уносить ноги, с воплями ужаса стали выбегать из залы. Ланье извиваясь как гадюка, добрался до ступеней трона и ухватил Танкреда за сапог, чем вызвал его крик.
– Ваше величество! Нам надо уходить!
Но Танкред, оцепенев, смотрел на то, как в пяти шагах от него Стир Медведь, разломав скамью о щиты стражи, всё же успел подцепить у опрокинутых секиру и короткий анелас* и ринулся вперед. Касс столкнулся с ним, махнув мечом крест-накрест. Скрежет клинков исторг из груди телохранителя хриплый рык, подоспевший на помощь Кассу Стирн пырнул Медведя концом меча, но тот с легкостью отступил на шаг, отбросил ещё двоих, навалившихся на него и вновь скрестил оружие с Кассом.
– Ваша величество!
– Он мой! – заорал Касс, оставив щербину на лезвии секиры. Медведь захохотал, широко разевая рот. Они сцепились после того, как телохранитель, изловчившись, ударил Стира в бок и тяжело ранил его.
Медведь сжимал Касса в объятиях, а тот, выхватив кинжал, трижды ударил его под лопатку, но обмяк, когда Стир последним усилием сломал ему хребет и отбросил от себя как тряпичную куклу.
Лишь после этого, Танкред, оступившись, развернулся и побежал, хотя второй телохранитель снес Медведю голову, а в залу стали врываться люди Дэла и Байлы. За ним последовал постоянно оглядывающийся по сторонам Ланье. Увидев это, с криками ярости граф Кранглех и ещё трое рыцарей бросились за герцогом, прорубая себе путь.
Залми, держась в тени, последовал за ними.
Сирота бежал, чувствуя, что что-то случилось. Ему казалось, что из стены прямо навстречу может выступить призрак и непонятно, каков он будет – древний имперский воитель в шлеме с гребнем или предок Старика с окровавленным копьём.
Ночь шептала ему на разные голоса.
Двери в храм Лига были закрыты, и сам он казался безмолвным торчащим камнем, занесенным снегом и тьмой.
Тахиос бежал, видя суету и неразбериху во дворе – метающиеся факелы, крики. Он не сразу понял, что происходит.
Танкред с Ланье и Стирном выбежали прямо на него. Мажордом вскрикнул, не узнав выросшего перед ним юношу. Герцог, клацнув зубами от страха, отскочил, выставив кинжал. Телохранитель, оказавшийся сбоку, замахнулся было, но сирота расторопно отпрыгнул на два шага, а сзади граф Кранглех громко прокричал:
– Я здесь!
Вместе с ним был всего лишь один человек, да и тот тяжело припадал на правую ногу.
Широко раскрытые глаза Танкреда нашли лицо сироты.
– Тахиос…
Телохранитель бился с графом, понимая, что не одолеет его, и только свирипея от этого знания. Последним неистовым ударом он сломал свой клинок у рукояти и прыгнул на Кранглеха с голыми руками, они покатились по скрипящему утоптанному снегу.
Второй воин, обходя их, шел к герцогу.
Сирота заступил ему дорогу.
– Прочь, крысёныш, – просипел убийца.
Не отвечая, юноша быстро дважды ткнул его с безопасного расстояния: в живот, и, почувствовав звенья кольчуги, – под подбородок. Воин осел, царапая снег обломком копья.
А граф Кранглех стал вставать, спихнув с себя тело Стирна со свёрнутой шеей, правой рукой нашаривая рукоять своего двуручника.
Тахиос шагнул и убил его быстро, точным ударом отделив голову от плеч. Он хотел повернуться к герцогу, но что-то насторожило его и он, пригнувшись, стал всматриваться в темноту.
Неспешно двигаясь, к нему вышел Залми, поигрывая подобранным в коридоре мечом.
– Беги отсюда, мальчик, – сказал он Тахиосу на чистом бенортском. – Мы здесь сами разберемся.
Юноша пожал плечами, но с места не сдвинулся.
«А ты всё отдашь, – сказал ему жрец. – Не поймешь».
– Я запер двери, – игнорируя сироту, обратился убийца к герцогу и тот отступил от произнесённых безупречно правильно, – с обманчивой мягкостью, – слов. – Они выбьют их, но не знают, куда вы побежали. Пройдет немного времени. Прежде чем вас найдут.
Ланье, тихонько подвывая, пятился, но Танкред ухватил его за рукав.
Так они и стояли, когда Залми обрушился на Тахиоса, перебрасывая клинок из руки в руку.
Юноша сразу понял, что мужчина перед ним сильнее его, быстрее его, но, вероятно, не имеет кольчуги, иначе мог бы рискнуть принять на себя скользящий удар, чтобы быстрее покончить с противником. Дважды он с такой силой ударил по мечу Тахиоса, что полетели искры, и сирота с трудом удержался на ногах.
