— Именно, — кивнул мастер, — сгорит изнутри или, по крайней мере, получит обширную травму тау-центра, а значит и всего мозга в целом. Что зачастую и случается, когда новички становятся чересчур самоуверенными. Я видел несколько случаев, когда тонкие контуры молодых чародеев выгорали полностью, и в лучшем случае они оставались на всю жизнь идиотами, в худшем, просто погибали. Хотя, здесь еще вопрос, что лучше.
Артур задумчиво почесал затылок:
— И все-таки, как научиться управлять праной? И сделать это наиболее безопасно? Я не хочу знаешь ли погибнуть от того, что перепутаю тау с энергией, и выжгу себе мозги
Мастер рассмеялся:
— Кажется, ты действительно начинаешь понимать суть всей этой магической чепухи, если задаёшь такой вопрос.
Ученик издал удивлённый возглас:
— Наставник, ты ставишь меня в тупик. С одной стороны ты утверждаешь, что управление праной чрезвычайно важно для воина, с другой — отзываешься о магии столь нелестно.
— Это не так, малыш. Я лишь хочу, чтобы ты понял, что магия — не панацея от всех бед, и не стоит ею чрезмерно увлекаться. В Саул Тай множество магических орденов и союзов. Большинство из них, так или иначе, связано с религиозными культами. И уверяю тебя, почти каждый чародей считает себя избранным, и ни в грош не ставит воинскую доблесть и мужество. Самоуверенность нынешних магов — их слабое место, потому что воин, доверяющий себе и своему мечу, зачастую может дать отпор магу и поставить его на место. Если повезёт…
Агно неосознанным движением дотронулся до груди и поёжился. Артур знал, что на этом месте у мастера находится огромный шрам, оставшийся у него после «встречи» с неким магом.
— Что касается тау, — продолжил Агно, — здесь ситуация следующая: до тех пор, пока ты следишь за своим состоянием и не усердствуешь сверх меры, все прекрасно. Не забывай, твоя цель — концентрация, а не создание стихиального чара, на основе которого строится двеомер.
Артур сладко зевнул, намекая мастеру, что пора закругляться с лекциями. Но Агно сделал вид, что ничего не заметил:
— Давай-ка, малыш, ещё раз попробуй сконцентрироваться на тау-центре. Глядишь, и поймёшь в чём суть новой техники.
Артур с явной неохотой кивнул и закрыл глаза. Странное дело, на этот раз всё получилось гораздо быстрее. Снова перед ним распростёрла свои объятия глубокая тьма. И снова в ней двигался прекрасный саблезубый зверь.
«Вот он, образ моего тау-центра, — подумал мальчик, — здесь собирается моя прана…»
Саблезубый внезапно застыл. Его огромные глаза цвета меда распахнулись до предела, устрашая первозданной свирепостью, чуждой пониманию обычного человека. Затем зверь начал светиться изнутри, и тьма дрогнула, отступила, как будто испугавшись неведомой древней мощи.
Прошло совсем немного времени (по субъективной оценке Артура), и мальчик вдруг ощутил странную взаимосвязь, возникшую между ним и прекрасным зверем. Они не были единым целым, нет, но всё равно чувствовали друг друга, и знали, что так и должно быть. Тигр оглушительно взревел, пребывая в диком восторге и приветствуя своего маленького гостя. Артур ощутил внезапный прилив сил, и осознал, что может управлять той энергией, что наполняет полупрозрачный, исторгающий брызги света, образ смилодона.
Лёгким усилием воли ученик направил сверкающий поток праны в свои руки. В следующий миг раздался страшный грохот, острая боль пронзила тело мальчика и его отшвырнуло к стене. Обожжённые ладони противно болели. Концентрация духа пропала, а вместе с ней и образ смилодона.
Артур расплющил глаза, и его взору открылась пренеприятная картина. Агно стоял у противоположной стены, засыпанный мелкой каменной крошкой и покрытый чёрной копотью. В метре от него в стене красовалась небольшая дыра. В воздухе, затмевая свет факелов, кружилась сажа, смешанная с пылью.
— Наставник! — встревожено воскликнул Артур, опасаясь за жизнь своего учителя.
— Со мной всё нормально, малыш, — ошарашено промычал Агно. — Чего не скажешь о стене.
Затем Агно шагнул вперёд и помог Артуру подняться на ноги. Мальчишка заметно шатался. Слабость, охватившая его тело, была слишком велика. Только через десять минут он пришёл в себя и поднял глаза на мастера. Тот с недоумением смотрел на него:
— Кажется ты не слушал меня, ученик. Я обучал тебя технике Тау, а не созданию огненных шаров. Зачем ты смешал прану со стихией Огня. Ладно, допустим случайность, но зачем ты построил полиформу из стихиальных чар? Это вряд ли могло быть рефлексом!
Артур молчал, пока Агно продолжал его отчитывать.
— Кроме того, посмотри, что ты наделал. Половину стены разнес в крошку. Как мне теперь это объяснять любопытным.
Артур понуро опустил голову.
— Прости, наставник. Я не хотел. Я не создавал никаких поли… форм. Это тау-центр. Он словно переполнился энергией и заставил меня ее выплеснуть.
Агно недоверчиво покачал головой. Он знал, что обычно это происходит не так. Никогда тау не накапливалась так быстро из духовной энергии, как утверждал ученик. Впрочем, если принять во внимание… Мастер прервал себя на этой опасной мысли.
