Пока еще здесь полностью

– Да, по-гамлетовски. И не вижу в этом ничего плохого, – ответил он, едва сдерживая раздражение. Среди Вадиковых книг имелся замусоленный до дыр “Гамлет”, изданный Penguin. Сергей читал его сто лет назад по-русски, и теперь ему впервые пришлось читать на английском. Это оказалось труднее, чем он думал, но то, что книжка была так потрепана, внушало уверенность – столько людей держали ее в руках, столько людей продирались сквозь эти страницы, столько людей дошли до конца, а значит, у него тоже получится.

К тому же в ней были примечания и словарь трудных слов. Что ж, он вынужден согласиться с Вадиком. Сцена с призраком, которая так тронула его в русском переводе, в оригинале звучала как-то нелепо. На словах “List, list, O, List!” (О, слушай, слушай, слушай!) и “Adieu, adieu!” Сергей не плакал, а скорее хихикал. Но последние слова Гамлета неожиданно сильно взволновали его.

Сергей положил книгу и закрыл глаза.

“Мой голос умирающий – ему. Мой голос умирающий – ему. Мой голос умирающий – ему”, – повторял он снова и снова. Может, то была просто последняя воля Гамлета. Вот так, без всякой подоплеки. И все же от идеи передать кому-то свой “голос умирающий” Сергея пробрала дрожь. А может, это от голода? Уже полдень, а он с шести утра за работой. Сергей отправился на кухню, взял кусок черствого хлеба с лежалым сыром, подогрел остатки утреннего кофе и вернулся к своему (Вадика) компьютеру.

Он уменьшил окно “Виртуальной могилы” и увеличил почтовое. Пришли три новых мейла. Один от “Амазона” с подтверждением отправки справочника “Презентация проекта в цифровую эпоху”, один от Рэйчел, девушки, с которой он познакомился в Fette Sau, и последний – от матери. Рэйчел уезжала из города, но теперь вернулась и хотела бы увидеться. Сергею она не так уж и понравилась, но ему было одиноко, а Рэйчел вполне милая, поэтому он ответил: “Конечно. С удовольствием!”

Он слегка подобрался прежде, чем открыть письмо матери. Мира, никогда не любившая Вику, была “совершенно убита” их разрывом. Сергей, конечно же, не мог сказать ей, что Вика вышвырнула его из дома, потому что “у него гены лузера”, поэтому ограничился словами о том, что они поняли, что жить вместе дальше невозможно. Мира на это не купилась. Она сыпала собственными предположениями, каждую неделю – новыми, и сама же немедленно их отметала. Это из-за денег? Но причина всегда не в них! Это из-за того, что они наскучили друг другу? Ну так это же обычное дело! Ей понравился кто-то еще? А тебе? С кем не бывает! Всякий раз ее предположения были мимо и в то же время отчасти и в точку, но под таким вывернутым углом, что Сергею становилось тошно. На этот раз Мирино послание приняло вид приложенной статьи с выделенным пассажем: “Большинство мужчин в среднем возрасте испытывают снижение сексуального желания и возможностей. Некоторые пытаются решить эту проблему при помощи нового сексуального партнера. Здесь важно понимать, что новый сексуальный партнер никак не поможет, потому что угасание желания – неизбежный и необратимый процесс”.

Сергей решительно нажал указательным пальцем “удалить”, как бы говоря категоричное нет неизбежному угасанию.