Вот чёрт! А об этом я и не подумала. Надо как-то отмазаться, а в голову ничего не приходит. Кажется, у меня будут проблемы… Тут ещё Эйприл появилась на горизонте. Она что, ещё не ушла отсюда? Всё ходит вокруг да около и стесняется зайти? Она подошла ко мне, и нельзя сказать, что была как прежде приветлива. Более серьёзна, даже пугающе. Моё присутствие здесь ей явно не нравится.
— Мы сможем потом с тобой поговорить? — спросила журналистка, и я только смогла кивнуть головой, ловя строгий взгляд Эйприл и слыша вопли Дэвида в телефонной трубке. Что за день сегодня такой? Я скоро сойду с ума…
Love makes no sense,
Love has no name,
Love drops you in tears and it sets your heart on fire,
Love has no fear, Love has no reason,
So infinitely fast… stop standing on the edge
Take my hand, erase the past forever…
Evanescence «Love exists»
========== Уничтожая предрассудки ==========
Эйприл стояла напротив меня в мрачном коридоре, подальше от любопытных глаз здешних обитателей. Под старой маленькой лампой я всё ещё могла разглядеть её. Поза закрытая, руки скрещены на груди, выражение лица серьёзное. Ну не начнёт же она теперь права на Рафаэля качать? Смех да и только! Однако по её настрою было видно, что разговор будет вестись серьёзный. А я как дурная пялюсь на её торчащие ключицы. И до чего же острые — кажется, что вот-вот прорежут эту пергаментную кожу. Раздражает.
Интересно, что даже Леонардо не вёл со мной разговоров о Рафаэле. Не промывал мне мозги по поводу вообще моего присутствия в их жизни. Хотя это было бы ожидаемо, видя, как трепетно он относится к выстроенному ими миру — их личному уютному уголку в этом суровом человеческом обществе. Но Эйприл не Лео.
— Ты хотела поговорить? — невольно копируя позу собеседницы в попытке закрыться от неё, напомнила я. Мне было неуютно в её обществе. Острый взгляд стрелял прямо в лоб. Она не так проста, как кажется. Милая Эйприл может молча испепелить не хуже того же Леонардо. И богатый стаж журналистской работы даёт о себе знать.
— Да, — слегка взволнованно ответила рыжая. — Ты сама должна понять. Ты очень милая девушка, но… Я отсутствовала всего ничего, и тут происходит такое, что не происходило никогда, и я думала, что никогда и не случится.
Ага! Значит, всё-таки у них что-то было… Крутила хвостом перед Рафаэлем, потом отшила его, а как появилась другая, так сразу активизировалась. Ух! Собака на сене! Какая коварная оказалась Эйприл. Сразу видно, от рыжей жди беды.
— Ну вот, — разводя руки в стороны, ответила ей. — Как видишь, случилось. И ничего страшного не произошло.
— Мне просто кажется, что ты не до конца понимаешь…
— Что я не понимаю? — чувствую, как во мне возрождается тётя Бонита со словами «I’ll be back» и тянет свои руки к управлению моим контролем.
— Это ведь не игра, Роксана, — как противно звучит моё имя из её уст. — Эти ребята мне очень дороги, и я не хочу, чтобы…
— Чтобы что? Чтобы они имели право на личную жизнь? — рыжая уже явно полезла туда, куда не стоило. Всё-таки решила права на Рафаэля качать. Ну мы ещё посмотрим, хватит ли у этой вешалки силёнок идти против Роксаны Уокер.
— Они не ребята с соседнего двора, ты это уже прекрасно должна понимать. Они никогда не смогут выйти к людям на поверхность. Это уже так долго взращивалось в них — принятие своей сущности и смирение с ней. А тут… Я просто не хочу, чтобы кто-то из них обжёгся.
Эйприл неоднозначно отвела взгляд от моего лица, бегло прошлась по телу и засунула руки в карманы. На что это она намекает? Что я чокнутая извращенка?
— А может, иногда это не так плохо — показываться людям? Как видишь, Рафаэль тоже оказался такого мнения, — надо дать понять этой кикиморе, что мы с ним на одной стороне. А всякие «ходячие кости» пусть топают куда подальше.
— Я не хочу, чтобы кто-то причинил им вред. Тем более Рафаэлю.
А почему это «тем более»? Что это ещё такое! Ух, сразу видно, собственница. Ну, дорогуша, что имеем — не храним, потерявши — плачем. Так что чао, бамбино сеньорита!
— Послушай, для тебя это может быть какая-то… — журналистика взметнула руку вверх, пытаясь нарыть в своём рыжем мозгу подходящее слово. — Может, просто игра.
— Игра? — что за бред она несёт? Я чувствую, ещё немного, и в моей руке окажется клок вырванных рыжих волос.
— Да. Это интересно — узнать о совершенно другом мире и стать частью реальной фантастики. Возможно, ты сама не понимаешь, что, приближаясь к нему, совершаешь ужасную ошибку. Подумай, что будет с ним, когда тебе это надоест?
— Эй, милочка! Не вам решать, что мне надоест, а что нет. И с чего такие выводы? Следи за языком. — По настороженному и даже слегка испуганному лицу Эйприл было очевидно, что Бонита во мне ожила в самом ярком своём проявлении, а ни для кого не секрет, что с чёрными шутки плохи. Нечего свои правила тут устанавливать.
— Неужели ты рассчитываешь прожить с ним до конца ваших дней? Ты думаешь, что вы будете жить как обычная пара? Что поженитесь и нарожаете детей?
