Уже знал: в Ленинграде живёт родная сестра Давидовича. У Технологического института.
Сперва приехали ко мне домой. В район Смольного. В маленькой квартирке на первом этаже. Вваливается сынок. С солдатами и автоматами. Замерли старики.
– Папанька, маманька, всё нормально. Так надо. Едем по заданию. Дайте-ка ключик от платяного шкафа. Сделаю на вечер из него оружейный.
Мамаша в прострации протянула ключик. С таким же успехом могла дать гвоздик.
Чемоданчик с магазинами автоматными бросил за диван. Предусмотрительность – слов нет!
– Сейчас уедем. Дела. Не волнуйтесь. Вернусь поздно. Один. Дверь закройте на оба замка. Никого не пускайте.
И умотался со своими конвойными. Проведал родителей, успокоил.
До сих пор даже себе не могу объяснить: почему болтаться по городу отправился с пистолетом? Перед друзьями повыпендриваться? Вот я какой, гляньте-ка. В форме офицерской и при нагане! Зачем? Неужели я действительно был такой дурак? По пустым бутылкам пострелять? Во дворе? Лучше сразу поехать на Литейный. В приёмную Большого дома. Да и патронов лишних у меня не было.
Но, тем не менее, повёз своих бойцов к сестре Давидовича. Она встретила – только на шею мне не бросилась. И то потому, видимо, что муж в углу кухни стоял. Оробевший.
– Завтра днём заберу орлов. Вечером – поезд.
Излишне повторять, что закончил речь настоятельной просьбой, чтоб «смотрела». За ними. И – «ни-ни».
В ответ, естественно, побожилась. Давидович, гад, уже плясал на кухне вприсядку. Фёдоров масляно блестел греческими буркалами.
