Я поведал о моем сновидении про Посредника и последовавшем состоянии глубочайшей деморализации. Учитывая его прежнее игнорирование данной темы, я бы не удивился, если бы он опять пропустил мимо ушей все сказанное мной. Напротив, он глубоко ушел в себя. Затем начал опять лить на меня свои традиционные психологические и душеспасительные помои. Выданная им проповедь была апологетикой боли в этом мире, изрыгаемым набором пустых фраз, которые он адаптировал специально для меня, как для деморализованного бедолаги и потенциального самоубийцы. Он сказал что-то о многообразии ощущений, которые мы можем звать хорошими или плохими, хотя на самом деле они подобны музыкальным тонам, совместно создающим вселенскую музыку. Меня уже начала вымораживать эта заезженная метафора, которая для меня была попыткой доктора О. изобразить болезнь и страдание в человеческой жизни изящными нотами в окончательной гармонии существования. Конечно, сказанное им было всего лишь рационализацией, но его слова на этот раз не содержали обычной силы и изысканности, в которых доктор О. столь поднаторел. В действительности он говорил в стеснительно робкой и неуклюжей манере. Он натурально начал заикаться, вещая о человеческих криках страдания и воплях экстаза, целом грохоте мира, который весь перемешивался в своего рода чудесной симфонии. И он жестикулировал во все стороны, словно отмахивался от роя осаждавших его насекомых. Наконец доктор замолк от очевидного изнеможения и заметной второсортности своей дхармической речи, как он мог бы ее охарактеризовать. Затем поменял риторическую стратегию. Сперва его слова были не менее вымученными и заезженными, чем ранее. Хотя он больше не жестикулировал, но продолжал как-то неуклюже, более сбивчиво, как я бы сказал, излагать основной посыл своей проповеди.
– Стойте! – закричал я. – Просто признайте. Вы – шарлатан.
Доктор О. грустно улыбнулся.
– Вы только сейчас это заметили впервые за все время? Обычно меня разоблачают после трех сеансов, максимум после шести. Но вы доверили мне всю свою жизнь. Это должно быть слишком, даже для меня.
– Поэтому вы постоянно переезжали? Чтобы я не нашел вас?
– Ну, вы не так уж и глупы, как я думал.
– Вы всегда знали, чего я хотел. Я думал, что если подожду достаточно долго, вы удовлетворите меня как постоянного клиента. Я знал, что у вас есть способы для этого. Вот почему вы избегали меня.
Он погрузился в молчание и вдруг посмотрел мне прямо в глаза.
– Сначала тому была причина. Я не хотел делать этого. Вы знаете, нравственные нормы и тому подобное. Но вы действительно были безнадежны. Вы называли это «деморализацией», но я знал: это что-то гораздо более патологическое. В какой-то момент я думал, что мог что-то сделать для вас. Затем пришел в себя. Это были проделки Посредника.
– Не говорите мне, что мои сны столь пугают вас.
– Нет. Не поэтому. Я лично увидел его, сидящего на крышке унитаза в туалете моей квартиры как-то утром. Он мерцал, появлялся и исчезал. Я подумал, что вы каким-то образом заразили меня своими безумными снами. Я выбежал из туалета без оглядки. Когда зашел в комнату, он уже был здесь, прямо на этом месте позади вас. Как будто я оказался в ловушке в банальном фильме ужасов, вот что я чувствовал.
– И он что-то сказал.
– Да, он сказал правильные вещи. И теперь взгляните на меня. Я превратился в вас.
– Что он сказал?
– Когда кто-то стоит перед вами в твоей гостиной и мерцает, как неисправная лампочка, это само по себе замыкает мозги.
– Если только ты не выродившийся болотный житель или не один из их потомков. Метафизический мутант.
– Что?
– Не берите в голову. Так что он сказал?
– Я помню только, что он сказал о таких вещах, которые больше никто не мог знать. Словно подключил свой мозг к моему мозгу и закачал в меня все в мире и вообще во вселенной. И еще что-то, чего я не могу объяснить. Сначала я думал, что лопну. Затем нечто, что было моей жизнью, какой я знал ее, все, что я считал реальным, просто то, что значит быть живым, – все словно высосали из меня, и ничего не осталось. И я упал на пол в глубоком обмороке. Когда очнулся, он уже исчез.
– И теперь вы стали мной.
– Похоже на то. Простите, что не слушал вас в прошлые визиты. Но я должен был соблюдать приличия.
– От них не было бы никакого толку. Вы знаете почему.
– Уверен, знаю. Как бы ни прокручивал в голове, я постоянно прихожу к одному и тому же умозаключению.
– Так что насчет моего желания? Оно должно быть элегантным. Оно должно быть эффективным.
– Я знаю. У меня есть то, что вам нужно. Что нам обоим нужно. Я только ждал, когда вы придете, как вы всегда приходили. Знаете, это ведь ваша вина в том, до чего я докатился.
– Вы шарлатан. Вы сами навлекли на себя свой удел.
– Я тоже пришел к такому же выводу. Даже забавно – мелкий шарлатан, споткнувшийся об… не знаю как и назвать.
– Планы с грандиозными последствиями. Или деморализация во всех ее гранях и со всех сторон. Терминальная деморализация. Нас пруд пруди.
– Я надеюсь искупить свою вину.
– Я тоже на это рассчитываю. Посредник сказал, что вы меня исцелите.
