И вот я здесь, и похвастать пока мне нечем. Ради разнообразия думаю о своем будущем и своем благополучии, но вижу лишь окончательные предупреждения и последние шансы. Образ Сесилии мелькает в моем сознании, перед мысленным взором предстают ее непокорно развевающиеся волосы, а ее смех, льющийся сквозь безумную, яростную ухмылку, так и звенит у меня в ушах. Если честно, без Сесилии все представляется пустым и пресным – лишь смутным подобием прежней жизни, эхом отдающейся в новом, унылом существовании. Прежней жизни, окончившейся крахом, и все из-за кого – какого-то неизвестного, безымянного ребенка? Я не могу винить Сесилию в том, что все пошло не так, как я хотела, но стремление нести за нее ответственность не прошло для меня даром. Уму непостижимо, но я все еще хочу заботиться о ней.
Возвращаюсь из магазина, специально выбрав длинный путь. Это дает мне время подумать о том, что Клаудия сказала мне утром: оказывается, вчера вечером снова приходила полиция. Почему же Клаудия не рассказала мне об этом, когда я пришивала ее пуговицу? Похоже, ее больше волновало признание в том, что она шпионила в моей комнате, хотя она и утверждает, что просто искала книгу. Но я – не дура. А что, если она нашла мою камеру и просмотрела снимки? Не думаю, что множество более или менее правдоподобных объяснений помешало бы ей тут же меня уволить. Точно так же, как не считаю, что она поверила в мои россказни о падении с велосипеда. Мне стоило быть более осторожной и не бросать перепачканную кровью кофту где попало.
– А что именно они хотели? – спросила я у Клаудии утром, пока готовила мальчикам завтрак.
Близнецы дружно залезли в тарелки с кукурузными палочками, когда я предложила им подсчитать количество воздушных хлопьев. Это развлекло детей, пока я резала фрукты и расспрашивала их мать насчет визита детективов.
– Довольно бесцеремонно с их стороны приходить так поздно.
Клаудия выглядела смущенной.
– Они хотели задать несколько вопросов о моей работе, – убедительно объяснила она.
Я возвращаюсь домой и отпираю входную дверь, готовая продолжить все, что требуется. И тут же буквально столбенею. Откуда-то изнутри дома доносятся тихие голоса. Незнакомые мужские голоса. Осторожно выглядываю из входной двери, осматривая подъездную дорогу к дому и улицу за ней. Этот вид кажется таким соблазнительным, безопасным, полным свободы и сулящим спокойный остаток жизни, что я решаю бежать. Уже готовлюсь дать деру, когда в прихожей появляются двое хорошо одетых мужчин. Один из них сжимает стопку бумаг, и незнакомцы, похоже, точно так же удивлены при виде меня, как я – при виде их.
– Кто вы? – Меня трясет от страха, адреналин учащает мой пульс. Вряд ли это злоумышленники, незаконно вторгшиеся в чужой дом. Должно быть, это друзья Клаудии.
– Мы собирались спросить у вас то же самое, – говорит высокий блондин.
– Вы – друзья семьи? Я никого не ждала. – Делаю осторожный шажок в сторону, пытаясь разглядеть, что они тут вытворяют.
Кажется, все ужасно. Судя по папкам в руках мужчин, они хозяйничали в кабинете Джеймса. Мое сердце яростно колотится, когда я прохожу вперед и заворачиваю за угол, чтобы посмотреть, что они натворили. При одном взгляде на дверь кабинета я начинаю задыхаться. Замок элементарно сорван ломом. Дерево расколото.
– Боже мой! – ужасаюсь я, отступая на несколько шагов. – Вы вломились туда!
Испуганное выражение моего лица немного смягчает этих дерзких людей, и тот из них, что пониже, вскидывает свободную от бумаг руку, будто защищаясь.
– Не волнуйтесь, – говорит он. – Мы – братья Элизабет. Мы пришли, чтобы забрать кое-какие ее вещи.
Лицо у него холодное, строгое, лишенное эмоций.
– Но вы вломились туда, – повторяю я, пытаясь выиграть хоть немного времени, чтобы подумать. Плохо дело. Теперь моя работа точно под угрозой. – Искренне сожалею о том, что произошло с вашей сестрой. Я никогда ее не встречала, но… – Я хмурюсь и задумчиво потираю лоб. Они сорвали замок с двери кабинета Джеймса. Все во мне так и просит вызвать наряд полиции… только вот я не могу. – Послушайте, наверное, мне следует позвонить Клаудии и сообщить, что вы – здесь? Я – ее няня.
Узнав, кто я, двое мужчин явно еще больше расслабляются. «Просто тупая нянька», – написано на их лицах.
– Мы уже уходим, так что не стоит ее беспокоить, – отвечает блондин с противной усмешкой. – Приятно было познакомиться. Простите, что так вышло с дверью.
И они энергично шагают к выходу.
– Но… – Я беспомощно протягиваю руки им вслед. Уверена, им не следовало брать все эти документы, и, стоит мне осознать возможные последствия произошедшего, как я со всех ног кидаюсь вниз в туалет, где меня выворачивает наизнанку. А потом принимаюсь разгребать беспорядок, который они устроили.
