«Она сделала то, что еще никому не удавалось», – слышу за спиной. Меня это беспокоит больше всего. Я знаю, что Гипнос помогал мне, начиная сомневаться в роли Аида и Персефоны. Их цель – проверить меня. Но только ли для того, чтобы узнать, могу ли я быть проводницей? Гипнос сказал, что хочет разорвать круг кошмаров, порожденных Зевсом, и что он не единственный. Не специально ли Аид и Персефона без свидетелей послали меня к нему? У них довольный вид. Они знали, что я справлюсь с этим?
Геката улыбается мне. Она тоже помогла мне. На их глазах я справилась с испытаниями. И теперь, когда знаю виновного, еще больше полна решимости выбраться отсюда.
Аид снова дает мне передышку. Выхожу из зала, спеша уединиться и скрыть нетерпение от посторонних глаз.
«Как думаешь, она сможет выбраться и вернуться в мир живых?» – спрашивают жители Подземного мира, пропуская меня. Оказываюсь на пустынной эспланаде и начинаю ходить кругами. Кажется, я нахожусь на пике адреналина! Мне не терпится пройти третье испытание.
– Как только выберусь отсюда, приду за ним!
Я рычу, ходя вокруг гранатового дерева. Было ли второе видение предзнаменованием будущего? Зевс может возжелать жениться на Медее? Она будет первой «полукровкой», о которой мы знаем. Что это повлечет за собой? Хозяин Олимпа собирается уничтожить окружение, чтобы собрать новое? Он уже сделал это, когда избавился от Титанов, предшественников богов. Но сможет ли он так поступить со своими детьми?
Гермес прерывает меня, стоя неподвижно в нескольких шагах от меня. На его губах играет улыбка, немного насмешливая и очень нежная. Я не могу думать о первом видении. Какая у нас могла быть жизнь. Такая простая и счастливая! Я до сих пор чувствую счастье от жизни с ним, но также и ужас от того, что потеряла его. Возникает желание признаться ему, что слишком долго его любила, но сдерживаю себя. Я бы только обострила его отношения с отцом. Я сомневаюсь не в своих чувствах или в нем, а в том, как обстоят дела с Зевсом.
– За более чем пять тысяч лет жизни я никогда не встречал такой женщины, как ты: решительной, дерзкой и привлекательной.
Ошеломленная, бросаюсь ему на шею, чтобы поцеловать его. Гермес обнимает меня и телепортирует нас в укромный уголок, к боковым стенам дворца, за гранатовыми деревьями. Гермес прижимает меня к стене, и мы пожираем друг друга поцелуями, не останавливаясь. После того, что я пережила, чувствую эйфорию! Поцелуи и укусы удовлетворяют меня как никогда раньше. Мне нравится чувствовать, как волоски бороды касаются моей кожи, слышать ворчание от удовольствия, снова и снова пьянеть от аромата перечного бергамота.
Если бы только можно было остановить время и провести так несколько часов. Как то, что я пережила в Эребе. Возможно, мое первое видение длилось всего несколько минут, но все еще есть ощущение, что я прожила с Гермесом несколько лет и у нас родились четверняшки!
Гермес отрывается от меня, когда я повисаю у него на шее, и трется своим носом о мой. Его руки на моей спине, а тело прижимается к моему, создавая обжигающее давление.
– Я так боялся потерять тебя, что был готов последовать за тобой.
– Разве это возможно?
– Понятия не имею, – отвечает он с улыбкой.
Золотая маска возвращается на его лицо, и я снова в восторге. Целую его в губы, прежде чем предупредить:
– Я запрещаю тебе совершать подобные глупости.
Его улыбка становится шире, и он кусает меня в основание шеи, заставляя вздрогнуть.
– Мне становится трудно устоять перед тобой, – рычит он.
Я не намерена пресекать безумное желание к нему.
– Куда ты хотел меня поцеловать перед испытанием?
Гермес выпрямляется, и я вижу озорство в золоте, покрывающем его радужку. От нетерпения сердца начинает биться чаще.
– Не скажу.
– Почему?
– Лучше покажу, – добавляет он, опускаясь передо мной на колени.
О, Геката! Он поспешно стягивает с меня нижнее белье, я прислоняюсь к стене, учащенно дыша. Оглядываюсь, молясь, чтобы никто не появился, потому что определенно не собираюсь его останавливать.
– Можно?
Его просьба, высказанная тем же тоном, что и моя в ванной, вызывает у меня возбужденный смех. Знаю, что ему ответить.
– Я принадлежу тебе.
– Мхм, милая и нежная ведьма, – говорит он, прежде чем исчезнуть под платьем.
Я припомню ему это. Он приподнимают меня за талию, чтобы я могла закинуть ноги ему на плечи. Он делает то, о чем думал весь вечер: целует мои половые губы, проникает внутрь языком, посасывая и покусывая клитор с такой нежностью и страстью, что я забываю обо всем: о страхе быть обнаруженными и о третьем испытании, ожидающем меня. Запускаю пальцы в его волосы и поглаживаю два маленьких серебряных крылышка, снова очарованная их мягкостью. Хорошо, что есть стена, которая меня поддерживает. Все еще сдерживаюсь, но его быстрые движения языком заставляют меня сорваться, и из моего рта вырывается стон. Прикусываю губу. Обычно мне нравится быть громкой, но это неподходящее место!
