Однако на этот раз замок уже не казался ей надежным убежищем. Он представлял собой отличную мишень в перекрестье немецких прицелов. Анна смотрела на него, и у нее щемило сердце. Пьер был прав, когда вынес свой вердикт почти год назад. Даже эти могучие стены не защитят их от летящих с неба снарядов. К тому же это легкая цель – огромный белокаменный замок в открытом поле. Так что знакомый и привычный Шамбор перестал быть тихой гаванью. Теперь это всего лишь перевалочный пункт, который уже не даст ощущения безопасности.
Работники Лувра забегали туда-сюда, перенося экспонаты в забрызганные дорожной грязью грузовики. Все устали – и от долгого пути из Парижа, и от постоянного мучительного ожидания новых авианалетов. Анна тряхнула головой, призывая себя сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас, но ее мысли по-прежнему полнились отголосками взрывов. Под бомбежкой ей казалось, что в этом оглушительном грохоте, гуле и треске, в который вплетались крики обезумевших от страха людей, вокруг нее рушился весь мир. Но грузовик каким-то образом продолжал движение, невредимый, и Коррадо говорил ей что-то успокаивающее до тех пор, пока звуки взрывов не стихли вдали.
Сейчас Анна, шагая между припаркованными грузовиками, старалась сосредоточиться на помятых листах описи, прикрепленных к планшету. Раз уж она не смогла позаботиться о безопасности матери и брата, не сумела увезти их с собой, тогда хотя бы надо сделать все, что в ее силах, чтобы обеспечить надежное хранение и защиту экспонатов музея.
Подъехал и остановился на посыпанной гравием площадке еще один грузовик, а вслед за ним – «Ситроен» Кристианы. Анна не понимала, как у Кристианы хватило смелости самостоятельно вести эту старую развалюху в смертельной опасности под бомбежкой. Из грузовика вышла Люси, и Анна не удержалась – расплывшись в радостной улыбке, молча подошла и заключила ее в объятия.
– Из других хранилищ тоже прибывают машины, – сказала Люси, ответив на ее теплое приветствие с такой же теплотой. – Немцы близко, экспонаты из Лувиньи тоже надо эвакуировать. «Мону Лизу» достали из армуара.
– Дамы! – раздался взволнованный голос месье Шоммера, шагавшего в солнечных лучах от дверей замка. – Как вы добрались? Все в порядке? Господи боже мой, мы слышали по радио новости о Париже!
– Все целы, – подошел к ним Коррадо.
– Вот и хорошо, – успокоился месье Шоммер. – Нужно увезти отсюда ящики как можно скорее. Думаю, нет смысла объяснять почему.
Он пошел дальше раздавать указания, а к небольшой группе присоединилась еще одна женщина – Анна узнала профессора Жаклин Бушо-Сопик, куратора отдела рисунков. Сейчас она выглядела изнуренной и озабоченной, хотя обычно на ее скулах играл румянец, и Анне казалось, что она похожа на дворянок с портретов из коллекции живописи XVIII века.
– В Лувиньи сейчас готовят к отправке последние ящики, – сказала Жаклин. – Один из грузовиков сломался, а на дорогах творится какое-то безумие – все в панике бегут.
– Что с «Джокондой»? – спросила Люси.
– Синьора в безопасности, – доложила Жаклин, – по крайней мере в данный момент. Мы опять везли ее в «гамаке», но на сей раз убедили месье Шоммера не садиться в кузов.
– Это правильно, – хмыкнул Коррадо. – Я тогда думал, что придется делать ему искусственное дыхание рот в рот, а месье Шоммер, знаете ли, не мой типаж.
В группе невольно засмеялись, и Анна улыбнулась Коррадо с благодарностью – ему всегда каким-то образом удавалось поднимать людям настроение в трудные моменты.
Вернулся месье Шоммер:
– Здесь всё погрузили. По плану мы должны добраться к полуночи в Лок-Дьё.
– Я знаю короткий маршрут, – сообщил Коррадо. – Мы им воспользовались, когда ехали из Италии.
– Très bien[45], – кивнул месье Шоммер. – Тогда вы, Коррадо, будете показывать нам дорогу во главе колонны. Анна, вы поведете грузовик, следующий за ним. Затем поедут Кристиана и остальные. Я буду замыкающим.
Анна крепко вцепилась в рулевое колеса, стараясь держаться на короткой дистанции за большим грузовиком с наполеоновскими полотнами, укрытыми брезентом.
На этот раз погрузка прошла, как спектакль по известной актерам, но плохо отрепетированной пьесе. Анна и Люси делали новые пометки в измятых и исчерканных инвентарных списках, пока охранники и кураторы бегали с маркированными ящиками. Водители устанавливали запакованные экспонаты в кузовы, закрепляли их веревками и поднимали борты. Через минуту борты откидывали, веревки развязывали, ящики выносили, переставляли, и в описях появлялись другие пометки. Работали специалисты, но никто не имел опыта действий в подобных обстоятельствах.
