Во время ужина они еле договорились о том, какой фильм будут смотреть. Насте показалось, что Олег специально поддразнивал ее, вынуждая с ним спорить. Наверное, в его представлении именно так должна была вести себя «нормальная» пара. Порывшись в кухонных шкафчиках, мужчина извлек на божий свет пакет попкорна, который нужно было приготовить в микроволновой печи. Изучив упаковку, Настя увидела, что это был настоящий американский попкорн, этикетка которого даже не была переведена на русский язык. Воздушной кукурузы получилась большая пластмассовая тарелка, которую всучили Насте и отправили в гостиную располагаться на диване. Девушка устроилась в уголке дивана, забравшись на него с ногами и поставив на колени чашку с традиционным для кинопросмотра лакомством.
Вскоре к ней присоединился Олег, включив висевшую на стене большую плазменную панель и приглушив в комнате свет. Пока на экране красовалась заставка кинокомпании «20th Century Fox», Олег обратился к Насте, показав на тарелку:
— Можно попробовать?
Памятуя об инциденте, который произошел днем, Настя пододвинула к нему всю чашку. Усмехнувшись, мужчина подцепил несколько хрустящих кукурузин и закинул их себе в рот.
— Пластмасса какая-то, — недовольно поморщившись проворчал он.
Настя демонстративно вернула посудину себе на колени, снисходительно улыбнувшись. Попкорн был отличный, насыщенного сырного вкуса, просто кто-то в силу возраста в этом мало что понимал, подумала она про себя, но вслух ничего говорить не стала.
Фильм длился почти три часа, и когда он закончился, впечатленная девушка призналась:
— Это было внушительно, но я не во всех сюжетных ветках разобралась до конца. Актеры одни и те же, а герои разные — это немного путает. Но сама идея с реинкарнацией завораживает!
— Книгу они, конечно, переврали, а некоторые связи просто выкинули, отсюда и рваность сюжета, — прокомментировал Олег, вставая с дивана и потягиваясь.
— Вы читали книгу?
— Да, где-то валяется на полке, могу завтра найти и дать тебе почитать. А сейчас пора баиньки, — добавил он включая свет.
Олег обернулся к побледневшей девушке, замечая, как она судорожно вцепилась в пластмассовую тарелку.
— Ну, чего ты так испугалась, маленькая? — мягко поинтересовался он, медленно опускаясь рядом с ней на диван. — Что сделаю больно? Или что снова будет хорошо?
— Всего, — честно ответила девушка дрогнувшим голосом.
Она постаралась взять себя в руки и рискнула сыграть по его же правилам.
— Мне действительно понравилось, как мы провели этот день, — тихо начала она, — но ведь в отношениях принято прислушиваться не только к своим желаниям, но и к тому, чего хочет или не хочет другой человек. Пожалуйста, я очень прошу, не нужно меня больше принуждать к… — она запнулась, но, сделав над собой усилие все же закончила, — к сексу.
Мужчина внимательно выслушал ее, но по выражению его лица нельзя было понять, о чем он на самом деле думает.
— Ты права, в настоящих отношениях партнеры должны с уважением относится к желаниям друг друга, в том числе, когда слышат слово «нет». Проблема в том, что мы оба знаем: «да» ты произносить не собираешься.
Настя вся сжалась, понимая, что ей нечего ему возразить. Ее жалкая попытка воззвать к его маниакальной тяге придать их больным отношениям иллюзию нормальности, похоже, с треском провалилась.
— Но я готов пойти на уступки в этом вопросе при одном условии, — неожиданно продолжил Олег.
Настя в изумлении уставилась на него, полагая, что ослышалась.
— Между нами ничего не будет, пока ты не скажешь «да», — пояснил недоверчивой девушке Олег. — Но за это ты меня поцелуешь. Сама. Прямо сейчас.
Настя во все глаза смотрела на него, пытаясь отыскать подвох, но в голове царил полный сумбур. Единственное, что приходило на ум, так это то, что он ее просто обманывает. Но ведь это всего лишь поцелуй, а на кону стояло слишком заманчивое обещание, которое могло бы существенно облегчить ее уязвимое положение, поэтому она кивнула. Мужчина аккуратно высвободил из ее рук пустую тарелку и отставил в сторону. Он откинулся поудобнее на спинку дивана и выжидающе посмотрел на девушку.
Настя передвинулась к нему, отчего-то сильно робея. «Это просто поцелуй, — мысленно уговаривала она себя, — он вот ночью совсем не стеснялся». Она придвинулась к нему почти вплотную и тут же испуганно охнула, когда он легко потянул ее на себя и усадил к себе на колени.
— Так тебе будет удобнее, — произнес он в свое оправдание.
