| He believed he was serving, helping, and protecting me. | Он был искренне убежден, что он мне опора, помощь и защита. |
| And what could I do but hold my peace, and chafe, and take my chance of it? | Так что же мне оставалось, как не помалкивать, клясть про себя все на свете и полагаться на судьбу? |
| "It's little enough," said Alan, putting the purse in his pocket, "but it'll do my business. | - Маловато, - заметил Алан, пряча кошелек в карман, - но я обойдусь. |
| And now, John Breck, if ye will hand me over my button, this gentleman and me will be for taking the road." | А теперь, Джон Брек, отдай-ка мне назад мою пуговицу, и мы с этим джентльменом выступим в дорогу. |
| But the bouman, after feeling about in a hairy purse that hung in front of him in the Highland manner (though he wore otherwise the Lowland habit, with sea-trousers), began to roll his eyes strangely, and at last said, | Испольщик, однако, порывшись в волосатом кошеле, который носил спереди, как водится у горцев (хотя в остальном, не считая матросских штанов, одет был как житель равнины), начал как-то подозрительно вращать глазами и наконец изрек: |
| "Her nainsel will loss it," meaning he thought he had lost it. | - Она подумает терять, - и это, видно, означало: "Думаю, что потерял ее". |
| "What!" cried Alan, "you will lose my button, that was my father's before me? | - Что такое? - рявкнул Алан. - Ты посмел потерять мою пуговицу, которая досталась мне от отца? |
| Now I will tell you what is in my mind, John Breck: it is in my mind this is the worst day's work that ever ye did since ye was born." | Тогда вот что я тебе скажу, Джон Брек: хуже ты еще ничего не натворил за всю свою жизнь, понятно? |
| And as Alan spoke, he set his hands on his knees and looked at the bouman with a smiling mouth, and that dancing light in his eyes that meant mischief to his enemies. | Тут Алан уперся ладонями в колени и воззрился на испольщика с опасной улыбкой и с тем сумасшедшим огоньком в глазах, который недругам его всегда сулил беду. |
| Perhaps the bouman was honest enough; perhaps he had meant to cheat and then, finding himself alone with two of us in a desert place, cast back to honesty as being safer; at least, and all at once, he seemed to find that button and handed it to Alan. | То ли испольщик был все же порядочный малый, то ли задумал было сплутовать, но вовремя свернул на стезю добродетели, смекнув, что очутился один в глухом месте против нас двоих; так или иначе, только пуговка внезапно нашлась, и он вручил ее Алану. |
| "Well, and it is a good thing for the honour of the Maccolls," said Alan, and then to me, | - Что ж, это к чести Макколов, - объявил Алан и повернулся ко мне. |
| "Here is my button back again, and I thank you for parting with it, which is of a piece with all your friendships to me." | - Отдаю тебе обратно пуговицу и благодарю, что ты согласился с нею расстаться. Это еще раз подтверждает, какой ты мне верный друг. |
| Then he took the warmest parting of the bouman. | И вслед за тем как нельзя более сердечно простился с испольщиком. |
| "For," says he, "ye have done very well by me, and set your neck at a venture, and I will always give you the name of a good man." | - Ты сослужил мне хорошую службу, - сказал Алан, - не посчитался, что сам можешь сложить голову, и я всякому назову тебя добрым человеком. |
| Lastly, the bouman took himself off by one way; and Alan I (getting our chattels together) struck into another to resume our flight. | Наконец испольщик пошел своей дорогой, а мы с Аланом, увязав пожитки, своей: по тайным тропам. |
