| Alan and I sat in the round-house with the doors open on each side (the wind being straight astern), and smoked a pipe or two of the captain's fine tobacco. | Мы с Аланом, пользуясь тем, что ветер кормовой, настежь открыли обе двери рубки и покуривали трубочки, набитые превосходным табаком из капитанских запасов. |
| It was at this time we heard each other's stories, which was the more important to me, as I gained some knowledge of that wild Highland country on which I was so soon to land. | Тогда-то и рассказали мы друг другу о себе, что оказалось в особенности важно для меня, ибо я получил некоторое понятие о диких краях горной Шотландии, где мне так скоро предстояло высадиться. |
| In those days, so close on the back of the great rebellion, it was needful a man should know what he was doing when he went upon the heather. | В те дни, когда великое восстание было еще совсем недавним прошлым, тому, кто тайно вступал в страну вереска, не мешало знать, что его там ждет. |
| It was I that showed the example, telling him all my misfortune; which he heard with great good-nature. Only, when I came to mention that good friend of mine, Mr. Campbell the minister, Alan fired up and cried out that he hated all that were of that name. | Первым подал пример я, рассказав Алану все свои злоключения. Он выслушал меня очень благодушно, и, только когда мне случилось упомянуть моего доброго друга священника Кемпбелла, Алан вспылил и стал кричать, что ненавидит всякого, кто носит это имя. |
| "Why," said I, "he is a man you should be proud to give your hand to." | - Что вы, - сказал я. - Это такой человек, которому только лестно подать руку. |
| "I know nothing I would help a Campbell to," says he, "unless it was a leaden bullet. | - Не знаю, Кемпбеллу я ничего бы не дал, - сказал Алан. - Разве что пулю в лоб. |
| I would hunt all of that name like blackcocks. | Я все их племя перестрелял бы, как тетеревов. |
| If I lay dying, I would crawl upon my knees to my chamber window for a shot at one." | Если б я даже лежал при смерти, то на коленях дополз бы до своего окна, чтобы пристрелить еще одного. |
| "Why, Alan," I cried, "what ails ye at the Campbells?" | - Помилуйте, Алан! - вскричал я. - Чем вам так досадили Кемпбеллы? |
| "Well," says he, "ye ken very well that I am an Appin Stewart, and the Campbells have long harried and wasted those of my name; ay, and got lands of us by treachery--but never with the sword," he cried loudly, and with the word brought down his fist upon the table. | - А вот слушай, - сказал он. - Ты прекрасно знаещь, что я родом из Эпинских Стюартов. Кемпбеллы же издавна пакостят и вредят моим сородичам, да-да, и земли наши захватывают - и всегда кознями, нет чтобы мечом! - Последние слова он выкрикнул очень громко и стукнул кулаком по столу. |
| But I paid the less attention to this, for I knew it was usually said by those who have the underhand. | Я, признаться, не обратил на это особенного внимания, зная, что так обыкновенно говорит всякий, кто потерпел поражение. |
| "There's more than that," he continued, "and all in the same story: lying words, lying papers, tricks fit for a peddler, and the show of what's legal over all, to make a man the more angry." | - Есть еще и много другого, только все на один манер: лживые слова, лживые бумаги, надувательство, достойное мелочного торговца, -и все под видом законности, от этого еще больше зло берет. |
| "You that are so wasteful of your buttons," said I, | - Когда человек так щедро раздает свои пуговицы, как вы, - заметил я, |
| "I can hardly think you would be a good judge of business." | - он едва ли много смыслит в делах. |
