Вампирша тут же рывком подскочила и кинулась наутек, но прямо перед ней вдруг оказался старик в инвалидном кресле. Она налетела на него и, споткнувшись, упала. Кресло чудом устояло на колесах и не перевернулось, но от полученного толчка отъехало далеко в сторону. Это дало Нине несколько секунд, чтобы подскочить к уже оказавшейся на ногах вампирше и схватить болтавшейся из стороны в сторону медальон. Нина зажала Гранат в ладони и резко дернула. Тварь содрогнулась всем телом, словно ее внезапно окатили ледяной водой. Цепочка выдержала рывок и вообще, похоже, была очень прочной. Руками такую не разорвешь. Нина на секунду замешкалась, раздумывая рвануть ли медальон еще раз сильнее или не стоит. Но Вампирша вдруг резким движением вытащила из складок платья длинный узкий клинок с черным лезвием и, занеся его над Ниной, взвизгнула: «Стой»!
Та остановилась. Они смотрели друг другу в глаза, их лица были очень близко. Вампирша была немного выше, но гораздо тоньше и от этого со стороны выглядела физически слабее. Рана на крыле от ножниц кровоточила, но та не обращала на это внимание.
– Я могу попытаться уйти в Явь с медальоном в ладони, почти уверена, что мне удастся вытащить его отсюда в мир живых, – медленно отмеряя паузы между словами, произнесла Нина.
– Стоит тебе только дернуться, и я всажу лезвие тебе в глаз, и кто знает, не останешься ли ты тут навсегда? – ехидно парировала вампирша.
– Мое тело там в Яви. Оно останется невредимо. Я не умру.
– А теперь? – вампирша выпустила из руки занесенный клинок и ловким цепким движением перехватила свободную руку Нины и крепко сжала помогающий перемещаться между мирами перстень Василек. Она резко дернула его, стаскивая с пальцев и когда он оказался у нее в руке, спрятала за спину – Теперь, когда у тебя нет доступа к своему колечку, попоробуй-ка вернуться. Даже и без медальона, одна. Получится? Или ты останешься тут со мной навсегда? Давай поэкспериментируем.
Сердце Нины сковало ужасом. В такую ситуацию она попадала впервые. Что значит для нее остаться в Нави без артефакта, помогающего открывать проход между мирами? Раньше, когда у нее заканчивались силы, ее просто вышвыривало в Явь. Но тогда на ее пальце было кольцо. А как теперь? Что случиться, когда у нее закончатся силы? Кто знает? Проверять не хотелось.
– Ты кто такая? – спросила Нина, не разрывая зрительный контакт.
– Матрёна Салтыковская. Высшая вампирша из рода русских вампиров, – ответила та с легким смешком, – но, думаю, мое имя тебе ни о чем не говорит.
– Не говорит. А где, Кэт?
– Кэт? Та наивная дурочка, которая любезно предоставила мне свое тело на рождественские каникулы? Ее сознание, подавленное моей подвеской, все еще в ней. Находится как бы в спячке, чтобы не мешать моим планам.
– Каким планам? Похищению медальона?
– Ага. Очень хочется опять обрести тело и еще немного покуражиться в мире живых. В Нави такая тоска зеленая, никаких возможностей для проявления амбиций. Да и жажда жизни после развоплощения никуда не уходит. Мыкаешься тут столетиями среди мертвых, скукотища смертная.
– Тебя развоплотили?
– Да. Более трехсот лет назад. За якобы ужаснейшие преступления, а на деле какую ценность представляют из себя жизни никому не нужных людишек? Никакой! Но ничего, при помощи медальона я верну новое тело, а вместе с ним и смысл жизни. Катька была неплохим вариантом – девка молодая, здоровая… Жаль придется ее бросить. Возвращаться сейчас в тело, окруженное десятком моих врагов, которые, вероятно, уже обо всем догадались – нет никакого резона. Но это не имеет значения, в моем распоряжении вечность. Можно и подождать, пока подвеска в виде мака с бриллиантиком, созданном из моего праха, окажется в более подходящих руках. Главное, что Гранат теперь у меня.
– Ну не совсем… – Нина сжала артефакт в ладони и чуть подняла выше, демонстрируя медальон вампирше.
– Ах, детка. Ты так юна, глупа и наивна. Сколько еще ты сможешь здесь продержаться? Я же вижу, как тают силы. Так что дай мне спокойно уйти, пока я не всадила клыки в твою хорошенькую шейку.
– Я не уйду без медальона…