— У меня нет времени ждать, когда целительница наиграется в прятки и решит предстать передо мной, — нетерпеливо, произношу я, нервно проходя к окну и глядя на огни города внизу. — Ты можешь передать Маам, что мне необходима личная аудиенция?
— Я могу, но реакция Маам непредсказуема, — отвечает верховный грал и задумчиво добавляет: — Завтра в клубе
— Спасибо, Этан, — коротко киваю я. — Не буду больше отрывать тебя от службы.
— Я надеюсь, что смог помочь вам, Правитель, — склонив голову, бесстрастно отвечает аладин, и бесшумно направляется к выходу из номера, скрываясь за дверью.
Что ж, можно сказать, что у меня есть неплохой шанс встретить Маам уже завтра. Хотя загадывать ничего нельзя. Магиня-Целительница так же непредсказуема, как четыре стихии, из которых она черпает свои силы. Она не раз исцеляла Радона , питая к старому жрецу подобие симпатии, но я никогда не входил в число ее любимчиков. И если раньше ее неприязнь казалась мне необоснованной, то теперь я знаю ей причины. Ее предубеждение может стать досадным препятствием. Однако выбора у меня особого нет. И Маам единственная, кто способен помочь Мандисе не только избавиться от кольца и темного влияния Миноры, заточенного внутри него, но и излечить душевные раны.
Мне не стоит злоупотреблять алкоголем, усыпляющим бдительность, но что ещё oстается делать, пока Мандиса отдыхает. Ей необходим сон , а я слишком устал, чтобы отпускать сознание по проторенным тропам Семимирья. За время моего восстановления после казни, я изучил множество новых миров и измерений, получил бесчисленное количества знаний и опыта погибших цивилизаций. Как ни странно, но расположившись на удобном кожаном диване напротив плазменного телевизора во всю стену, транслирующего танцующих полуголых краcавиц, я чувствую себя удивительно комфортно. Звук отключён, потому что не приемлю шума, когда нахожусь в одиночестве, наедине с самим собой и собственными мыслями. Маам не зря была выбрана в качестве Главы Пересечения, являющимся отражением жизни на Нестиде. Голубая планета свободна от влияния Богов, которые оставили ее, доверив власть и управление тайной касте избранных, обладающей задатками магии и частичными знаниями о Совете Семи. И по этой же причине много столетий назад я отправил туда Мандису, будучи уверенным, что она не будет обнаружена и возвращена Богами обратно на Иас, но я просчитался. Огненная жрица необходима Элиосу. Она необходима мне.
Вот такая вот нерешаемая задачка.
И самый сложный выбор, который рано или поздно предстоит сделать нам обоим.
Прислушиваясь к тишине в соседнем номере, я ментально стремлюсь к той, что овладела моими мыслями , проникла под кожу, став неотъемлемой частью меня. Наверное, это было неизбежно, но, я как слепец, отрицал очевидное. Даже столетия врозь, смерть, кровь и пожирающее мою плоть пламя не стерли огненные метки Мандисы из моей души. Новая кожа и старые раны. Я не смогу от нее освободиться и больше не хочу. Ей нельзя без меня. И мне довелось убедиться в этом, увидеть собственными глазами тот кошмар, в который окунула ее Минора. Стакан в моих стиснутых пальцах разлетается на сотни соколков, но ни один из них не ранит кожу. Когда минты сожгли меня на площади, они пробудили то, что заставит их однажды содрогнуться. Когда я вернусь…
Моя месть будет беспощадной. Βсе Главы Пересечений Элиоса, приговорившие меня — будут уничтожены тем же способом, который они избрали для меня. Не потому что я жажду их крови, хотя нет… Я жажду. Это в моих венах, часть моей истиной ипостаси. Моя темная суть.
Они все примут смерть от моего кнута, а после, я сожгу каждого, лишив милосердного забвения, которое дарил другим своим жертвам. Они почувствуют все. Каждое мгновение боли и агонии.
Все, кроме Исы. Я прощу ей все. Даже мою смерть.
Потому что я заслужил.
Потому что она не знает страшной правды обо мне. Как и все никчёмные заговорщики, собирающие свои армии в Элиосе, в надежде сокрушить невидимого врага, приближение которого они чувствуют своими жалкими душами.
Я неуязвим. Бессмертен. Беспощаден.
И скоро все враги падут ниц, к моим ногам и будут умолять о снисхождении. Но это только первый этап великой грядущей войны.
Начало.
Ничто не останется прежним.
