Похититель волшебного дара полностью

– И что же? Вы действительно кто-то другой? – Сесилия смотрела на Овейна, будто ожидая, что он вот-вот снимет с лица тонкую резиновую маску.

– Герберт безумно вращал глазами и кричал «Это ты, Альберт! Признавайся!». Всё требовал, чтобы я снял какую-то маску, и хотел запихнуть мне в рот лакричную пилюлю. Должен признать, что я и правда испугался, мне даже пришлось его оттолкнуть!

– А потом дошла очередь до меня! – всхлипнула Магда. – Представляете? Рут сошла с ума! Она дёргала меня за рукав и обвиняла в невероятных вещах! Говорила, что на самом деле я Альберт! Завела странный разговор о лакричных леденцах с истёкшим сроком годности. Уверяла, что ей всё известно о моих планах… – Магда в растерянности передёрнула плечами.

– Но разве это возможно? – изумлённо спросил Адам.

– Нельзя же просто взять и стать другим человеком! – На журналиста никто не обратил внимания, кроме Нинетт, которая ему улыбнулась.

– Хотите сказать, что знакомы с этим Альбертом? – спросила Винни.

– Конечно. Он бывал здесь каждое лето, начал приезжать ещё несколько лет назад, – ответил Овейн. – В последние годы даже жил в доме Уоллес-Уокеров. Хьюго, Нинетт, вы видели его после того дня, когда он исчез?

Оба одновременно покачали головой.

– Нет. Он больше ни разу не появлялся, – тихо сказал Хьюго. – После того трагического…

– После несчастья, – прошептала Винни на ухо Сесилии.

– …которое мы скоро увидим своими глазами, – так же тихо ответила Сесилия. – Нам только надо попасть на чудо-фабрику.

– Попросим ключ у дедушки, как в прошлый раз.

Сёстры едва слышно переговаривались, а Хьюго вслух размышлял о том, кто мог стать следующей жертвой Рут и Герберта:

– Может, зайдём к Барри Джонатану? К Быстроногому? Его ресторан вон в той церкви.

Сесилия схватила Винни за руку. Старина Барри наверняка помнит, что девочки втянули его в разговор как раз перед тем, как он стал переливаться всеми цветами радуги, словно хамелеон!

– Подумать только, в этом городке почти не осталось жителей, – вздохнул журналист. – Невероятно!

– За городом ещё живут несколько овцеводов, – сказал Хьюго, но журналист уже обратился к Нинетт:

– Скажите, дорогая, чем вы занимаетесь?

Нинетт принялась жестикулировать в ответ, легко взмахивая руками.

– Ага, – в недоумении ответил Адам.

– Она умеет читать по губам и понимает всё, что я говорю, – пояснил Генри. – Но когда отвечает, вот так смешно двигает руками – иногда я совсем ничего не могу разобрать.

– Давайте ещё раз все вместе подумаем: где могут быть ваши дедушка и бабушка? – попросила Магда. – Что они собираются делать?

Винни пожала плечами. Что делать? Изливать свои подозрения каждому встречному!

– Они приехали на веломобиле, – сказал Овейн, показывая в окно на церковь. – А значит, вряд ли они сейчас у Барри – веломобиля-то на дороге нет.

– И всё же стоит к нему заглянуть, – сказала Магда. – Кто знает, что они ему наговорили.

Все вместе они перешли дорогу через кольцевую развязку. По пути Винни бросила открытку для Люка в прорезь красного почтового ящика. На открытке сохранился даже штемпель, и по нему её наверняка доставят в городок Фотергилл. Они подошли к церкви, в которой Барри открыл паб под названием «Феникс», и осторожно отворили дверь.

– Вот это да! Они здесь! – взревел Овейн, перекрывая звучащую под сводами церкви валлийскую волынку и тыча вперёд обсыпанным мукой пальцем.

– Веломобиль проехал прямо в дверь и не застрял! – крикнула Сесилия в ухо сестре, а Генри уже бежал по бывшему церковному проходу к припаркованной посреди столиков и стульев машине.

– Куда же они увели Барри? – Винни приходилось кричать, чтобы её услышали.

– Очень хитрый ход! – крикнула в ответ Сесилия. – Даже позови он на помощь – здесь его никто не услышит.

Хьюго, взявший на себя руководство поисковой группой, распорядился:

– Я иду наверх, на галерею! Овейн и Магда – вы обыскиваете туалеты! Мистер Бортвик и Нинетт – проверьте комнату за прилавком! А вы двое… – он кивнул Винни и Сесилии, – делайте что угодно – только выключите эту музыку.

За полчаса девочки отыскали под прилавком музыкальную систему и выключили её. В бывшей церкви установилась благословенная тишина, прерываемая только возгласами искавших Барри.

– Я здесь! – очень скоро раздался голос.

– Кричат из ниши, где раньше стоял орган, – сказала Сесилия и побежала на звук. – Скорее!

Взбежав по ступенькам к углублению в стене, они увидели, что остальные уже окружили бабушку с дедушкой и старого Барри, сидящего на шаткой скамейке со связанными за спиной руками. Рядом стояла пустая кружка.

– Хорошо, что вы пришли. Я уж думал, что меня никто не найдёт и придётся сидеть тут вечно, – покачал головой Барри, изо всех сил пытаясь успокоиться.

– Это твой шёлковый шарф, бабушка! – в ужасе воскликнула Сесилия.

– Неужели это ты связала ему руки?! Серьёзно?! – Сесилия бросилась развязывать Барри.

– Да, если приглядеться, то, наверное, это действительно мой шарф. – Бабушка медленно задумчиво кивнула. – Ах да, припоминаю: летний шарфик – смесь шёлка и хлопка, куплен лет десять назад в Кардиффе, в универмаге «Вулворт».