– Как? Взрывать его атомной бомбой, как предлагают американцы, нельзя, послать спасателей мы не можем, это не рыбаков со льдины ссаживать. Что остаётся?
– Президент сделал правильный выбор. Наш волновик отрубит электронику американской ракеты и попробует дистанционно установить контакт с зелёными человечками.
– Может быть, они чёрные.
– Не вижу разницы.
– Наши ВКС и сейчас пытаются связаться с пришельцем, пусть и безрезультатно. Он не отвечает ни на наши запросы, ни на вызовы спецов по связи других сторон.
– И каждый ищет свою выгоду.
– Увы, таково человечество, Вася. Самый страшный его порок – жажда власти! Ценой ли жертвы, ценой ли жизни других людей или ценой чудовищных преступлений, денег, лжи, подлости, обмана, предательства, но – власти! И это неискоренимо.
– Философы с вами поспорили бы, Пётр Алексеевич.
– Я не философ, я практик и плевать хотел на мнения и рассуждения политиков, особенно либерального толка. Меня больше заботит судьба детишек.
– Меня тоже, – кивнул Челябов. – Интересно, как там наши ребятки, живы?
– Узнал фамилии?
– Это трое подростков двенадцати, пятнадцати и шестнадцати лет. Летели из Петропавловска-Камчатского в Казань на соревнования по прикладному мастерству.
– В двенадцать лет – и уже член команды?
– Нет, Митя сын руководителя группы Кулика, а участники – Владигор Седов, спец по механике, этому шестнадцать, и Арсений Баловнев, айтишник. О них говорят только хорошее.
– Справятся с таким испытанием?
– Должны. Кстати, вам показывали снимки пришельца?
– Прислали целый пакет, но я не успел толком разглядеть.
Челябов достал из внутреннего кармана пиджака смартфон, высветил экран, протянул Забойщикову.
Директор ФСБ с любопытством вгляделся в необычной формы изображение инопланетного гостя. Больше всего он был похож на юлу, сплетённую из множества ветвей и жил, испещрённую сотнями каверн, ям и колючих наростов.
– Птичье гнездо, – хмыкнул Пётр Алексеевич.
– Скорее коралл или кусок мха. На самом деле это синтез в разных диапазонах электромагнитного спектра, причём не всегда видимый. Большую часть времени этот коралл невидим. Длина по большой оси почти три километра, толщина в центре эллипсоида четыреста метров.
– Неужели этот коралл летает?
Челябов спрятал коммуникатор.
– Писатели-фантасты напридумывали столько форм космических кораблей будущего, что коралл уже не оригинален. Скорее всего, похитители детей выращивают такие объекты и владеют антигравитацией. В космосе нет воздуха, трение отсутствует, и геометрия звездолёта может быть любой.
– Зачем инопланетянам понадобилось заниматься киднеппингом?
– На эту тему в соцсетях развернулись целые баталии. Однако объяснений, способных удовлетворить всех, нет.
– На Украине наёмниками и нацистами распространена целая охота за детьми. Причины две: разборка на органы и воспитание звериных русофобов.
– Думаете, инопланетяне тоже занимаются охотой?
– Не знаю, но благих целей у такой охоты просто не существует. Может, над детьми буду проводиться какие-то эксперименты, а может, и в самом деле их ловят для расчленения.
– Я не столь пессимистичен, Пётр Алексеевич. Для второго варианта инопланетяне должны быть людьми, хищниками, ну или по крайней мере гуманоидами, чтобы им подходили человеческие органы.
– Кто-то из классиков сказал, что люди – самые опасные и страшные хищники во Вселенной.
– Не соглашусь, но в человеке и в самом деле с рождения присутствует сила, отвращающая его от Бога. И вектор этой силы существенно растёт от года к году.
– Ты верующий?
– Меня крестили… и да, я верующий.
– Я не знал.
– А я готов верить в любую конструкцию, если она поддерживает в нас доброе начало. Вы не читали, случайно, Дэвида Геммела?
– Кто это?
– Английский писатель, автор крутых фэнтези-романов.
– Английский?
– Один из самых сильных, посильнее Толкина на мой взгляд. Разумеется, он плоть от плоти англосаксов, но часто высказывает очень дельные мысли. В романе «Нездешний» он писал, почти дословно: «Вы говорите, Господь создал Вселенную. Большая ошибка. Потом он создал человека. Ещё более крупная ошибка. Как я могу поклоняться тому, кто совершает такие жуткие ошибки?»
– Забавно, – усмехнулся директор. – Примерно так же думал и я. Во всяком случае, на моей памяти Господь ещё ни разу не откликнулся на просьбу о помощи. Но бог с ним, с Богом.
Челябов издал смешок.
– Неплохо звучит.
– Тавтология, – недовольно сказал Забойщиков. – Давай думать о наших насущных делах. Мне нужны точные данные о китайском «Хвосте скорпиона».
– Утром будут, – пообещал заместитель.
Они были бы простыми пацанами, воспитанными улицей, если бы не война.
