– Вы пришли меня отвлечь, – полувопросительно сказал Сюанцин. – На кого из моих друзей вы теперь охотитесь?
Когда попытки бессмертных уговорить и убедить силой Сюанцина провалились, те решили действовать иначе: взять в плен кого-то из его друзей. И пока что безуспешно, потому что Сюанцин всегда оказывался на шаг впереди. Сяо До, Лин Цзинь, Чжао Шэнь – за их безопасностью он следил как ястреб за своей добычей. Не покидая снежных пиков, он организовал им защиту от других бессмертных.
– Мы ничего тебе не скажем, – неуверенно ответил Хаэчжэн.
Сюанцин испытал сожаление, что бессмертные все так усложняли.
– Я твой Владыка по праву. – Голос Сюанцина из мягкого словно тофу в одно мгновение стал холодным словно сталь. – Правитель Небес. Говори.
Голос этот он в себе нашел легко: где-то в глубине души все еще жил вздорный, самоуверенный мальчишка, который принимал любой вызов. Тот мальчишка был нетерпеливым и властным.
И бессмертный заговорил, лишь на секунду удивившись своей словоохотливости, а затем полностью отдавшись воле Сюанцина:
– Мы ищем сестру Лю Чживэй. Ее друзей вы надежно защитили от нападений, но про сестру все забыли.
Сюанцин усмехнулся своим мыслям. Напрасно они выбрали жертвой Лю Мэйцзюнь.
Он поднял меч, и бессмертные покорно склонили головы, ожидая, что он их разовоплотит и отправит обратно в Небесный мир. Сражаться им больше не хотелось.
– Вы будете ее защищать для меня?
Бессмертные переглянулись, удивившись такому вопросу.
– Мы… мы собирались убить вас.
– Все заслуживают второй шанс. – В этот раз в его голосе было и правда больше мягкости.
– Зачем вам это? – с искренним непониманием они уставились на сына Прародителя.
Сюанцин поднял голову и ласково коснулся вишневого лепестка.
– Она вернется к тому, что оставила. Ни один близкий ей человек больше не погибнет. С нее уже хватит боли.
Бессмертные упали на колени и склонили головы в уважительном поклоне. Тот, кто вел подобные речи, просто не мог оказаться посланником Хаоса. И они испытали трепет от того, что им довелось услужить настолько великому бессмертному. Почти Легендарному.
Стоял теплый летний вечер, шел уже третий месяц после гибели Чживэй. Вся их четверка закрылась в себе. И даже признание Сяо До в любви к Лин Цзинь растворилось где-то в огне Запретного города. И, высказанное, оно давило даже больше, чем молчаливая любовь.
Они с Лин Цзинь сидели вдвоем у Исцеляющего источника, распивая вино и празднуя большую победу: при помощи Шэня обнаружили, где прятали детей темных, и теперь привезли их в лагерь, чтобы те могли расти в сытости, довольствии и любви и больше никогда не знали мира, в котором они были чем-то плохи просто по факту своего рождения.
Они уже порядочно выпили, это был первый вечер за многие месяцы, когда удалось позволить себе расслабиться и не думать о том, что будет завтра. Сяо До невольно залюбовался профилем Лин Цзинь. Она была невероятно красива. Неподвижная, она напоминала скульптуру, только ветер трепал ее волосы.
– Я люблю тебя, – вырвалось у Сяо До.
Он сразу же пожалел об этом. Однако и сердце забилось чаще в надежде. Неужели он все-таки получит свой ответ?
Лин Цзинь заметно напряглась, но вдруг повернулась к нему с мягкой улыбкой.
– Я тоже тебя, Сяо До. Ты мой друг.
Он был готов услышать что угодно, кроме этой фразы. Она царапнула, задела его. Лин Цзинь знала, о каких чувствах он говорил! Свести все к простой фразе о дружбе показалось ему жестоким.
– Ты знаешь, что я хотел сказать.
– Сяо До. – Лин Цзинь напоминала натянутую струну, и он сразу почувствовал, что она замкнулась в себе. – Я знаю, что ты так думаешь…
– Нет, – он покачал головой, прерывая ее. – Не разговаривай так со мной.
– Мы дружим с детства…
Сяо До поднялся на ноги в возмущении. Он был готов ко всему, кроме того, что она начнет говорить с ним снисходительно.
– Просто откажи мне прямо, Лин Цзинь. Скажи «нет»! Почему ты пытаешься убедить меня, что я придумал свои чувства?
– Ты не видел другой жизни.
– Ты тоже! – возразил Сяо До.
Он мог принять ее отказ, но попытку отрицать его чувства, сказать ему, что он не разбирается в себе? Нет, Сяо До отлично разбирался в себе и в ней. И, может, даже лучше, чем она сама.
Прикрыв глаза, он принял решение.
– Я отправлюсь исследовать темную ци.
В последнее время они много обсуждали баланс энергий. Чем больше они говорили, тем больше сомневались, что Нефритовый Государь задумал мир таким негармоничным. Ведь темные бывали благороднее бессмертных, а светлые злее падших.
– Когда тебя ждать?
