Байлун уткнулась носом ей в шею, вдыхая аромат.
– Я скучала.
И с этими словами она растворилась в воздухе, словно ее и не было.
А Чживэй совсем перестала понимать, какой же дорогой ей идти в будущем. Загадочных составляющих становилось все больше.
Она повернулась к пьедесталу. На возвышении лежал сверток с древними иероглифами, которые она не могла прочесть. Чживэй осторожно коснулась его. Внешне тот напоминал дорогую бумагу, однако на ощупь походил на чешую Драконихи.
– Ты видела Байлун?
Чживэй обернулась. Она всего два раза видела Дракона в его истинном обличии, и ни разу у нее не было возможности разглядеть его. Она невольно застыла в восхищении от величественности и красоты такого могущественного существа. Его зеленовато-черная шкура контрастировала с увиденной недавно Байлун, однако переливалась чешуйками не меньше.
– Ты не говорил, что это она, – ответила Чживэй.
Дракон приземлился рядом с ней, хвост его свисал куда-то в пропасть. Сильное, гибкое, почти исполинское в сравнении с ней тело не могло не вызывать тревогу.
Что заставило его перевоплотиться? Он хотел защитить Сюанцина или забрать артефакт Байлун? И если второе, то не бросит ли он ее здесь, едва заполучив свиток?
– Помоги мне вернуться, – не ответила она все еще на вопрос.
– Твое прис-сутствие ос-слабляет его, – довольно произнес он, ответно игнорируя ее вопрос и просьбу. – Я так долго не мог выбраться, пока не появилас-с-сь ты.
Мог ли Сюанцин догадаться, что к нему вернулась сама Чживэй, из-за того, что стал слабее? Он вздрогнул от ее прикосновения.
– Дай мне его. – Он протянул когтистую лапу за свитком, и Чживэй покачала головой. Сняв тот с пьедестала, она положила его за пазуху.
– Сначала забери меня отсюда.
В его взгляде промелькнуло что-то нехорошее. Чживэй успела напрячься, когда он протянул к ней лапу (словно та вышла из тумана) и обхватил ее, как птица хватает добычу. Затем он так резко взмыл в воздух, что Чживэй едва не потеряла сознание.
На другой стороне пропасти он просто разжал лапу, и Чживэй упала. Тени жадно потянулись к ней, будто нашли новое лакомство. Туман больше не указывал ей дороги, только сгущался вокруг нее.
Дракон приземлился рядом, нависая над ней. Он не опускал к ней морды, но усы щекотали ей щеку.
– Что это за тени? Почему Сюанцин их боится?
Мгновение, казалось, он размышлял, стоит ли отвечать, но все же сказал:
– Душ-ши пытавш-ших его, – в его голосе прозвучало равнодушие.
– Они назвали меня убийцей. – Чживэй хотела узнать как можно больше, пока Дракон ей отвечал.
– А разве они солгали? – зафыркал он смешливо. – Найдеш-шь миллионы оправданий с-своим пос-ступкам. Благородс-ство, отс-сутствие выбора. Правда в том, что ты вс-сего лиш-шь человек, и ты всегда найдеш-шь причины с-себя жалеть.
Он злобно прищурился.
– Когда-то я с-считал подобных тебе друзьями. Забавные, неловкие, любящ-щие… А вы с-считали меня низш-шим существом, игруш-шкой. Каждый из друзей предал меня.
Чживэй не нашлась что ответить. Убеждать его, что она не такая? Они с Драконом наверняка знали, что она именно такая.
– Ты же не хочеш-шь предать меня? Дай с-свиток.
– Сначала вернемся наверх, – возразила Чживэй.
Нехороший блеск в его взгляде разгорелся сильнее.
– С-считаешь нас равными? Я милос-стив к тебе, потому что ты можеш-шь помочь мне… Твои друзья мне бес-сполезны.
И с этими словами он взмыл в воздух.
– Нет! Подожди! Вернись!
Дракон не слушал, стремительно удаляясь и растворяясь в тумане.
Дерьмо! Ей не следовало его злить! Как она могла так сглупить! И что ей теперь делать? Как успеть помешать Дракону убить кого-то из ее друзей?
Без внутренних сил у нее был только один путь: карабкаться наверх по склону. Она взглянула туда, и сердце тревожно сжалось. Едва ли для тела Шусинь это возможно. А даже если возможно, это займет часы. За это время Дракон успеет не только убить всех ее друзей, но и при желании перекусить целой деревней.
Хотя был еще один путь… Пока что Чживэй не понимала, как он работал, но попробовать стоило. Хуже, чем сейчас, наверное, быть не могло.
Она глубоко вздохнула и с разбегу прыгнула в пропасть.
Розовые лепестки подхватили ее, закружились и начали поднимать наверх. Не совсем то, чего она ожидала, но главное, что сработало.
Едва ее ноги коснулись земли, как Чживэй бросилась за Драконом, надеясь его остановить.
Уже подбегая к пагоде, она услышала голос Сяо До:
– Почему ты голый?
– Нет, я не понимаю, почему ты голый!
Что там происходит?
Чживэй вбежала внутрь. Вся пятерка была прикована магией к стенам: Сяо До пылал огнем, Лин Цзинь была напряжена, Ифэй и Мэйцзюнь испуганы, Шэнь излучал белый свет. От напряжения у Шэня покраснела шея и вздулись вены: он пытался сопротивляться, однако все же не смертному противостоять могущественному Дракону.
