– Демоница просто хочет все лавры себе, – громко прошептала Ифэй на ухо Мэйцзюнь. – Вот же она хитрая! Как овечья кишка!
Чживэй великодушно сделала вид, что не услышала этого.
– А если не выйдет перетянуть Дракона на нашу сторону? – спросила Лин Цзинь.
– Если не выйдет, то, Сюанцин…
Тот кивнул, легко соглашаясь. Чживэй это не понравилось.
– План такой: Мэйцзюнь и Ифэй отправятся в библиотеку расшифровывать свиток Байлун. Они единственные не выделяются в Запретном городе. Сяо До и Лин Цзинь отправятся на поиски сердца Байлун. Сюанцин и я постараемся разговорить Дракона и воззвать к его, хм, доброте.
– А что я? – Шэнь пронзительно посмотрел на Чживэй.
– Ты пойдешь со мной и Сюанцином.
Вместо того, чтобы согласиться с Чживэй, все посмотрели на Сюанцина, ожидая финального решения. Чживэй мысленно присвистнула от такого поворота дел и даже забыла разозлиться на то, что друзья негласно выбрали другого лидера. Она заметила даже, как Шэнь удивленно моргнул и после сжал челюсти, явно недовольный своей реакцией.
Стихотворение Ли Бо
Все одновременно поднялись из-за стола, но переглянулись и сели обратно.
– А что нам делать-то? Помолиться на него? – спросила Ифэй, принимая свиток из рук Лин Цзинь.
– Как мы найдем в библиотеке нужные книги? – подхватила Мэйцзюнь, с беспокойством оглядывая неизвестные ей иероглифы. Казалось, она могла их прочитать, но смысл ускользал.
– И как мы найдем сердце Байлун, если с этим раньше помогал Сюанцин? – Лин Цзинь, похоже, сомневалась, что это возможно.
– А может, просто уничтожим все артефакты Байлун? – воодушевился Сяо До.
– Единственное, что важно, – это защитить тебя, Чживэй, – добавил Шэнь, на что Чживэй послала тому нежную улыбку.
Мэйцзюнь же в это время разглядела назревающую драму. Шэнь и Чживэй сидели рядом, и пока они вставали и садились, их волосы взметнулись вверх и осели, однако несколько волосков притянулись друг к другу и переплелись. И за этим внимательно наблюдал Сюанцин.
Его беспокойство и недовольство таким соприкосновением не то чтобы было заметно всем, но Мэйцзюнь порой казалось, что эмоции других людей она ощущает лучше своих собственных. В красном взгляде Сюанцина вспыхивал огонь: разгорись он, и опалит всех.
Чживэй же словно ничего не замечала:
– Мэйцзюнь и Ифэй, ваша задача узнать, что скрывает свиток. Потому что! – Чживэй не дала заговорить открывшей рот Ифэй. – По скорости передвижения вас сравнить можно разве что с черепахами. Вы просто не можете заняться ничем другим. Сюанцин не может отправиться на поиски сердца Байлун, – тут Чживэй повернулась к Лин Цзинь, – потому что нам нужен Дракон. Наша единственная надежда на благополучный исход – если все справятся со своими заданиями.
Затем Чживэй задумчиво посмотрела на Сяо До, обдумывая его слова.
– Если у нас получится уничтожить артефакты, Сюанцин и Дракон никогда не разделятся, – она вопросительно посмотрела на Сюанцина, и тот кивнул. – Тогда бессмертные не остановятся, пока не убьют его. И мы потеряем две жизни вместо одной. Поэтому план таков: делаем, что можно, чтобы не пришлось никем жертвовать, а если не получится, то…
Она пожала плечами, как бы говоря, что иногда невозможно противиться воле Небес.
Все опять встали.
– Сюанцин, – Чживэй окликнула сына Легендарного бессмертного Цзиньлуна.
Мэйцзюнь поразилась изменению в его взгляде. Только что там полыхала буря, но едва она обратилась к нему, лицо Сюанцина прояснилось, смягчилось, и он выжидающе приподнял брови.
«Наверное, это и есть любовь, – подумала Мэйцзюнь. – Способность приглушить своих демонов, не перекладывая ответственность за них на любимого человека».
Их отец был совсем не таким. Каждый раз, когда он злился или когда что-то у него не выходило, он винил во всем мать. Даже когда сосед однажды преподнес ей вежливый подарок, отец и тогда нашел в чем обвинить мать. Та же, в свою очередь, все свои беды списывала на Чживэй.
– Помоги советом Лин Цзинь и Сяо До, – обратилась она к Сюанцину, а потом повернулась к Шэню. – Пусть Хэлюй сопровождает Мэйцзюнь и Ифэй, чтобы никто не посмел вставлять им палки в колеса.
Ох, нет, только не Хэлюй, невольно подумала Мэйцзюнь. Она совсем мало его знала, но он показался ей очень неприятным, да еще и невероятным ворчуном. Если Ифэй была просто болтушкой, то слуга Императора говорил не меньше, но всегда только что-то плохое.
Вскоре уже все прощались, и их троица отбывала первой. Мэйцзюнь порывисто обняла Чживэй и пообещала, что не сдастся, пока не выполнит ее волю. После она заметила, как Хэлюй проводил встревоженным взглядом своего Императора.
– Они будут в порядке, – она мягко коснулась его рукава, пока они спешно двигались в сторону императорской библиотеки.
– Много ты понимаешь, – высокомерно и с бравадой произнес он. – Следуйте за мной.
